Я купил диплом МГИМО, но образованным не стал. А продавец, между прочим, гарантировал! Вот и верь после этого людям! Уж умолчу, каких громадных денег обошлось мне это образование. Впрочем, грех жаловаться, — нынче я тружусь послом в одной из неизвестной мне стране.
Лохматый щенок и трёхлетний мальчонка
Бежали наперегонки по двору
В то время, как мама смотрела в сторонке,
На их бесшабашную чудо-игру,
Жизнь плавно текла в повседневных заботах,
Как вдруг, рассекая небесную синь,
Над ними возник силуэт самолёта,
И женщина вздрогнула: «Боже, спаси!»
Замедлилось время: ползло миг за мигом,
Слепили разрывы бомб солнечный день,
Пространство рвалось неестественным криком
Попавших под фосфор «случайных» людей,
А тот беспощадно живую плоть плавил,
Он вышел вторым из руин «Азовстали», боец ВСУ с позывным «Борода»,
смотря на врагов своих зло и нахально и веруя, что будет всё, как всегда:
полмесяца — месяц российского плена, набраться силёнок, чуток отдохнуть
в родном Радивилове после обмена, и в третий заход на войну в «добрый» путь —
мочить москалей…
На границе «Промзоны» он кинул в траву бесполезный калаш,
и дав обыскать себя, встал за «кордоном» и там закурил:
«Что? Донбасс, типа, «ваш»?
Так скальтесь, пока. До суда, до могилы. Когда ва…
Солнце медленно садилось
За далёкие поля,
Забавлялся тёплый ветер,
Удаль всем дарил любя.
Воздух стал уже прохладным
С комарином писком вдруг,
Так настырно и понятно
Надо мной он сделал круг.
Бывают времена, что ты молчишь
И, почему-то, ты со мной не говоришь,
Молчишь, как будто нет тебя на свете,
А я, как будто бы, один остался на планете.
Я не люблю, когда не вспоминаешь обо мне,
Что был когда-то, да и то, наверное, во сне,
Боюсь, проснувшись утром, вдруг понять,
Что счастлив был, но лишь, во сне, опять.
А ты как бабочка весной, разрушив кокон свой,
Ты улетишь, оставив мне, так ненавистный мной, покой,
И меланхолия, с небе спустившись, будет заполнять
Каверны сердца… льдом холодным душу остужать.
Я ненавижу тишину, в которой голос твой не слышу,
В ней, будто в сумраке ночи, твои черты не вижу.
Мне усталое сердце твердит пора отдохнуть
И стучится, терзаясь в мою отболевшую грудь.
А я отвечаю ему — давай потом как-нибудь
Потерпи, поскрипи хоть немного, чуть-чуть.
Подожди, я ещё не готова вот так вот уйти
Всё оставить, покинуть, взлететь туда в небеса.
Должно ещё время какое-то просто пройти
Чтобы я подготовилась, чтоб не пролилась слеза.
Подожди, не спеши хотя бы год или два
Потерпи дорогое, не надо, не мучай меня.
Я конечно всё знаю что значит такая судьба
Мы когда-то с тобою уйдем среди белого дня.
Прислушаюсь к биенью сердца и
радостнее на душе, что
Ауре Поэзии внимать горазд;
осознавать свой мир стихов;
которые звучать в ночной тиши.
А, горы зазвенят, вдруг?
бас струною гитары милой.
Так ясно вижу, как всмотрюсь в
былые годы —
в них утешение и
счастье нахожу крупицы…
Если говорить о героях, то герой — Анна Железная, начмед донецкого роддома, куда вчера было попадание. Заметьте, никто не выволакивал из подвалов рожениц, чтобы устроить бурную фотосессию, как было с Мариупольским роддомом. Железная бы не позволила. И тут ее героизм не только в том, что роды принимаются, стоя спиной к окну, из которого может в любой момент прилететь, а ты собой закрываешь вот-вот готовую появиться на свет жизнь, но ещё и в том, чтобы быть начмедом в коллективе, где у каждой женщ…