Вечер тонет… Птичьих не слышно криков… И мы с тобой музыкой Любовь, и Ночь встречаем! — Ты слышишь, играет скерцо! Чувства ускоряются в ритме сердца… Две секунды и терция. Ты моя неземная слабость… Я люблю тебя, как и прежде, как десяток веков назад. Вечер тонет, музыка Любви разжигает костёр желаний… Играет скерцо.

Туман… Тихо вокруг. Густой воздух ночи выключает звуки. Лишь одинокая капля скатится вниз с влажной ветки дерева. Будто слеза, упадёт и тяжело разобьётся о мостовую.
Тихое д-зынь и больше никаких звуков…

В отчуждении открываются глаза на правдивость близости.

Перед долгим расставанием, счёт идёт на секунды.

Для общения с любимыми достаточно дыхания в унисон.

Держи чистоту вокруг себя…
Может и спасёшь от грязи рядом живущего…

Если бы люди знали, какой счёт выставит им бумеранг
за грязь, которой они обливают других, и что она окажется золотой,
едва ли кто-то осмелился бы опустошать свой «душевный кошелёк».

Настроение — легкая грусть,
Бабье лето уходит в закат.
Все цвета знаем мы наизусть,
Кто-то осени вовсе не рад.
Настроение — тихо шуршать
Под старинный и ласковый блюз.
На часах моих — восемь ноль пять,
На губах моих — квасовый вкус.

Из прошлого — лишь моя память.
Сидит и смотрит глубоко.
Как часто думая о маме,
Фрагменты кажутся кино…

Нет… голос не забыла и лицо,
Всё помню, все морщинки дорогие,
Синее глаз не встретила ещё,
В них дух и гордость, дни лихие.

Сейчас мне мамы сила помогает,
Я чувствую её и даже вижу…
Когда я плачу, солнце посылает,
Когда смеюсь, я её голос слышу…

Листья не дают на всё ответа,
Колыхаясь молча на ветру.
Прозвенело и умчалось лето,
Только я твой образ не сотру.

С милою улыбкою, влюблённый,
Ты стоишь с венком на голове.
Взгляд живой и одухотворённый
И роса мерцает на траве…

Жёлтые и радостные краски
Вспоминают лето с грустью вновь.
Полюблю и осень без опаски —
Потому, что ты дарил любовь.