Андрей Ковалев 67

Я всегда проходил мимо городского парка, а нежелание зайти, оправдывал нехваткой времени, но сегодня ноги сами привели меня сюда…
В глубине аллеи стояла рыжеволосая незнакомка. Она словно парила над едва заметной паутиной тумана, раскинувшего липкие нити на пожухлой траве. Над ней, теряя листву, грустно склонились ветки деревьев, будто слёзы печально стекали на остывающую землю, наполняя листопадовым озером все дорожки парка.
— Как тебя зовут?
— Осень, — ответила она.
— Ты нереальна?
— Вовсе нет. Ты уже довольно много прожил, но меня до сих пор не замечал. Разве ты не чувствуешь в своей жизни осень?
— Нет, не думаю. Ещё так много нужно успеть…
— Идём со мной.
— Я ещё не готов, я вернусь… позже.
— Буду ждать тебя…
Я шёл, и теперь уже никуда не торопился, боясь пропустить мгновенья настоящего, ведь без него всё равно не будет будущего.

Я хочу полюбить каждого
Потому что видел, как любят.
Просто всё, что тут важного?
Я люблю вас — разные люди.

Почему что-то нужно доказывать,
Если мы любовью единые?
В узелки наши судьбы завязывать,
Если мы и так неделимые?

Я хочу, чтобы сердцем думали,
Чтобы вовсе забыли о разуме,
Ты люби — нового не придумали
Просто всё, хоть засыпь всё алмазами.

Как оглушительно громко хрустит под ногами тонкая кромка льда, стянувшая причудливым корсетом просыпающуюся в утренних лучах солнца лужу. Яркий свет заставляет прищуриться, но не как летом, а на лице чувствуется ласковое, прощальное прикосновение осени, дарящее последнее тепло. В опустевшем, прозрачном воздухе звенящая тишина набатно отражает наши шаги. Оголтелая летняя суета исчезла. И всё вокруг, в ожидании зимы, замерло стоп-кадром.
Мир умирает, хотя нет, скорее засыпает. Засыпает с надеждой проснуться в новой ипостаси… Смерть, ради жизни, во имя рождения новой любви…
Спасибо, родная, что подарила мне такое прекрасное утро. Ты и я, мы идём с тобой рука об руку и приветствуем наступающую зиму…

Забываю часто,
Что сулит несчастье,
Чем чреват в последствии
Мой безумный слог.
Но одно я помню
То, что пишут кровью,
Я, не видя крови
Высказать не смог.

1986 г. с. Чунджа

Обычная вода универсальностью манит,
Благодарим за то мы матушку-природу.
Грязь смоет, жизнь подарит, жажду утолит,
А надо спрятать — спрячем всё, с «концами в воду».

Нельзя заштопать ткань,
когда основа расползается
Уток не ляжет ровно, рвётся
нить не формируя края.
Не излечить, когда об
подлость сердце разбивается,
Когда мы верим тем,
в ком разлагается душа гнилая.

Вылил на ладонь причуду…
Вот какая, оказалось.
Если я не верю в чудо,
Значит просто показалось.

Бросил кости в неизвестность
Громко, но дай бог с возвратом.
Наплевать, какая честность?
Мне б финал с хорошим фартом.

Как же дороги моменты
Те, что не прожил прилюдно.
Хоть судьба — о да, паскудна, —
Мы сыграли обоюдно.

Приходят минуты… часы… дни…
Когда хочется забросить куда подальше глобальные вопросы мироздания, выбросить «неначерченные» чертежи так и не созданного вечного двигателя, очистить черепную коробку до вакуумной пустоты, включить автопилот повседневных рутинных действий, натянуть на лицо маску многозначительной мудрости и тупо созерцать, что происходит вокруг тебя, не реагируя ни на кого, и ни на что… Просто! Тупо! Ни на что…
Думаете не получится?
А как тогда мудрецы-философы? Мне, глядя на них поч…
… показать весь текст …

Приходили в гости мысли, рассадил их по местам…
Если б были мысли чисты, я б налил всем по сто грамм
Закурили б, только бросил, пошумели б, … постарел.
Я б вернулся за добавкой, но добавки не посмел.
От поджарых мыслей трясся, как «накрученный» рысак.
Я б вернулся за добавкой, я б вернулся, только как…

Осень рыжая вступила
Нехотя в свои права.
Ржавой краской окропила
Летней флоры кружева.

Грустно нюни распуская
Заревел дождь-водолей,
С сожалением вспоминая
О грозе июльских дней.

Возвестил о расставанье
Гомон перелетных птиц.
Впереди ждёт расстоянье
Без каких-либо границ.
… показать весь текст …