Джангир

Я вот все думаю, как не обидеть своего оппонента в дискуссии и прихожу лишь к единственному выводу: надо прикинуться, что с ним согласен. Однако это порождает лишь лицемерие, что еще хуже. Да, надо открыто заявлять о своем несогласии, но при этом уметь быть убедительным, что редко удается — не потому, что ты не способен на это, а потому что твой оппонент, как правило, слаб, еще не дорос. Так вот, если ты чувствуешь, что твой оппонент слаб, лучше с ним не дискуссировать, сославшись на неосведомленность.

— Не умная мысль трогает простых людей, а…
— А та, что трогает людские сердца? Та, что берет за душу?
— Да, именно. Вот, почему Библия столь популярна среди верующих… Да и не только верующих! Вот, почему именитые писатели обращались к библейским сюжетам. Вот почему…
-И так далее, и так далее, и так далее…

Лишь редкие заслуживают нашей искренности.

Выводы по опросу

Вчера ночью на свое канале «Аудиотека всемирной литературы» я начал опрос на тему «Почему редкие читают „Война и мир“ Толстого?»

292 голоса

а) Средняя школа убивает интерес к классике — 35%
б) Большинство предпочитает легкое, остросюжетное чтиво — 35%
в) «Война и мир» скучный роман — 16%
г) В романе читателей раздражают множество французских фраз — 14%

И вот что вышло.

За вариант (А) проголосовало 35%, то есть, из 292 проголосовавших 102 человека считают, что «Средняя школ…
… показать весь текст …

— У набожных родителей дети становятся воинствующими атеистами. Однако у него, как я думаю, атеизм был таким же иносказательным как и его рассказы.
— А у него не спросишь, к сожалению.
— Он, по его собственному признанию, свою веру «растерял», но о религии тоже размышлял довольно много. «Вы можете перечитать десятки томов Гончарова, Тургенева, Писемского и не наткнуться ни на одну страницу разговора о Боге, вере, бессмертии, — писал А. А. Измайлов. —Он в этом смысле бесконечно ближе к Толстому и…
… показать весь текст …

Вот такие мы перфекционисты от искусства — люди внутренне беспокойные, зацикленные на совершенстве своего творчества, а значит, легко ранимые. И даже если среди мириад положительных отзывов на наше дело отыщется хотя бы один негативный, он обязательно пронзит наше и без того хрупкое сердце. Ну, а недоброжелатели (сейчас их кличут хейтерами) — это следствие успеха, признание таланта, зиждущегося на глиняных ногах, ибо сегодня артист может быть в фаворе, а завтра его будут топтать ногами, обливать грязью и вспоминать, что он де когда-то не то сказал, не то сделал, не так пукнул. Но время все ненужное и лишнее сотрет, оставив лишь то, что должно остаться — неизгладимый след в истории искусства или литературы.

На смену пассионариям, как правило, приходят посредственности и, как правило, критикующие первых, вместо того, что у них учиться. Вероятно, это объясняется банальной завистью, неблагодарностью и комплексом неполноценности. Что вторые после себя оставят, понятно, что ничего, кроме презрения к ним. А пассионарии сейчас среди народа, поддерживают его и словом и делом. Но народ пока их не слышит. Но они не винят народ за это, зная, что всему свое время.

Человек, дабы ощутить себя значимой личностью в обществе, должен обладать не только личными достижениями, но и быть профессионально востребованным, получая также при этом коллективную признательность. Это — одно из проявлений не только самореализации, но и счастья, которого так жаждет каждый из разумных существ.
Как раз-таки мерилом личных достижений и служат две составляющие — востребованность и признание: востребованность, как правило, выражается в денежной форме, тогда как признание — симпатиями общества. Редкая личность достигает двух мерил. Ну, а если это так, то мы имеет дело со счастливчиком, к которому так и хочется прикоснуться, дабы и себе отхватить кусочек счастья.

Дорогие москвичи, то, что для вас является настоящим временем, для нас, людей Востока, уже прошлое. Помните об этом и не думайте, что мы от вас отстаем — наоборот, это вы от нас отстаете; на два часа.

Добро надо делать и, прежде всего, для своего внутреннего удовлетворения или самоуспокоения, при этом не рассчитывая на благодарность со стороны. Только тогда добро приобретает свой истинный смысл.