Я-Лилит

Есть те, кто судят по людям по себе, это не самое плохое… есть хуже — те, кто судят поверхностно. Не зная нот чужой души пытаются сыграть вальсово.

Споткнувшись об камень и поцарапав коленку, она будет долго капризничать до тех пор, пока хочет, чтобы ты это чувствовал. Но станет бесчувственной в одну секунду… Об камень безразличия спотыкаются чаще всего.

Тщеславие всегда борется с честолюбием. Творческий человек алчет оценки, вожделеет признания.

Другой вопрос, а насколько правдивой оценки мы ждём: показной рукопожатной на глазах у всех или тихой откровенной с глазу на глаз? И какая степень критики нас устроит: отделяя форму и искажая содержание? Восхищение прилюдное или обнажение тет-а-тет… каждый выбирает для себя — критику, историю, дорогу.

Женское «хорошо» лишь увеличивает пропасть непонимания, катастрофичнее может быть только «ты хороший человек» — окончательно разрушая мостик завоевателя.

В литературе есть такой топос, получивший своё название в честь писателя — процесс обретения воспоминания, связанный у него с бисквитным печеньем «мадлен».
Отсюда, ряд возникающих ассоциативностей, названный по имени Пруста — «феноменом Пруста».
Мы ассоциируем с объектом, явлением или предметом события, которые происходили в этот период жизни. Мы аккуратно складируем в ящичках памяти все эти воспоминания и они всплывают лишь в определенный, связующий момент, чаще, когда тонем…

К примеру, амбр…
… показать весь текст …

Отношения-доверения… зависимости-грустнявости… слишком сложно бывает… слишком много «учителей» встревает.
Хотя всё просто — во избежание недопонимания — проще называть вещи своими именами. Это как, к примеру, вместо пошловатенького «удачи вам» под скрабезным текстом — обозначить чёткий… посыл! Без инфантилизмов.

Гомерически-горемычно, когда в риторике ребячески сквозят «котики»… ему под полтос, верзила с обхватом кисти, как её лицо, он «котяра», он «тигррррр», а она ему «детка, ты мороженое буд…
… показать весь текст …

На протяжении всей жизни человеку приходится часто выбирать, и не всегда верно. Зачастую, выбирая, он уже проигрывает. Но как бы не складывались обстоятельства, то, что неважно — увянет… со временем. И напротив, то, к чему тянется душа — непременно даст плоды.
Человек, это не то — что он прочитал, а то — что он вычитал.

Мы с тобой в одной тональности, но наши мелодии чудовищно разные.
-----------
Во мне кипы эмоций — pgup и pgdn
В тебе доминантная нотка — sit\down
Во мне поясни/расшифруй — repeat
В тебе спокойствие при случае просто — delete
Во мне лирики взмахи и вечный — break
В тебе прагматичность и смысл — just take
Во мне торопышность и чуть что, то сразу — escape
В тебе… «оч бесишь»… «дурная»… «останься» — save
------------
Мы с тобой в одной тональности, но страсти стрелы убоищно опасные.

Она жуткий перфекционист, который с маниакальной дотошностью выравнивает корешки на книжной полке, я же, наоборот, вставляю без разбора. Причём в наших с ней беседах так же. Она может монотонно выстрагивать «аргумент», который я сбиваю прицельно логическим броском. Она бесится и я её бешу. А ещё она любит правила, она создаёт их и по-детски обижается, подмахивая дёрнуть её за косичку. Например, при выходе из дома зонты должны быть у обоих «вдруг, кто-то свой случайно забудет». Но по иронии судьб…
… показать весь текст …

Разговор становится прогоркшим лишь в той мере, в которой в него вливается испорченный человек.

Старик Хэм верно заметил, а поэт Асадов остихотворил позднее «На свете так много женщин, с которыми можно просто лечь в постель, и так мало тех, с которыми можно разговаривать».
За всех женщин не берусь, а за себя отмечусь: Нас окружает так много мужчин, с которыми можно просто поговорить, и так мало тех, с которым можно разговаривать.

Иногда в жизни человека случаются такие… моменты, когда он разгоняется как Ferrari и не может остановиться. Сам. Страшно подумать, в какое крашево его может размести по дороге и кого он может задеть своими эмоциями, если б рядом не оказалось отбойника. А бывает, что даже на пути казалось бы внешне стойкого человека поднимается волна. Как прибой в океане, несётся, снося всё на своём пути и никуда не скрыться. Стоишь обтекая, лишь бы устоять. Не упасть. Выдержать природный натиск помогает волнорез. До следующей волны.
Иногда в жизни человека случаются такие… «волнорезы» и «отбойники», которые помогают нивелировать моменты. И уже не так важно, как жёстко или твёрдо бывает их отдача, важно — что они помогают выстоять, там, где подкашиваются ноги или слетаешь с тормозов.

Есть женщины — устрицы, есть — сороконожки
Есть женщины — бабочки, а есть — кусючие кошки
Есть женщины феечки, есть ведьмы шальные
Есть инфантильно-кудрявые, а есть реально-блатные
Есть женщины лёгкие, есть бумерши всякие
Есть тупопёzдные, а есть тупо клыкастые
Есть те кто в постель и сразу на «ты»,
А есть ранимо-мнимые, хвост поджав и в кусты
Есть разные, страстные, многообразные
Красивые, милые, страшно прекрасные.
…
А есть — ОНА…
и у каждого она вот такая ОДНА!
…
… показать весь текст …

До осени осталась пара шагов…
Осень, самое яркое время года, несмотря на то, что листья падают и небо хмурится, извергая затяжной и сильнющий плач. Осень чавкает по тротуарам, проносится вихрями по деревьям, взметает торнадо листьев и несётся по паркам и скверам. Осень сжимает кулачки от стужи, которая ещё не такая колкая, как зимой, но очень промозглая. Осень стекает мириадами тоненьких ручейков, образуя одну полноводную речку, и смывает в придорожные сливы мусор и опавшие листья. Осень как начало начал, как старт после отдохнувшего лета перед прыжком в неизвестную долгую зиму. Осень бывает хмурой и дождливой, а бывает солнечной и холодной. Осень разная. Осень — мудрёная, порой сильно замудрённая, как женщина. И такая же многогранная.
Осень как женщина, сначала эффектно одевается, чтобы потом также эффектно раздеться.

Хотелось бы… закрыться. Но, зачастую грызучая боль никуда не уходит. Никогда. Ни через месяц, ни через год, ни через лета. Она просто становится глуше. Ты просто к ней привыкаешь, как к новой коже поверх раны. Слёз уже тоже почти нет, они просто больше не помогают. Нет и ответов, вернее все вопросы уже отболели. Один лишь крик. Глухой. Двойной. Просто одна часть тебя продолжает жить — это биологически и физиологически так. А другая — кричит от боли потерь. «Родного человека больше нет, а ты продолжаешь жить». Спасает только близость того, ради которого ещё чувствуешь желание — Быть…

Ты знал, что хуже её нет, но и лучше тоже. Но либо вы вместе — горите, до конца, либо не стоило даже распаляться. Идеальных людей нет, это всё сказочки для дегенеративных феечек и принцев, но есть очень и очень важные. Свой. Своя.

Предел терпения спокойного человека способно не только сжечь порты с кораблями, но внести правки во всю навигационную систему всем причаливающим к пепелищу кораблям.

Иногда, важно не то, что ты сделал, а то — что ты не успел сделать, потому что это не сделанное оказывается самым важным из того, что ты должен сделать.

Один из любимых приёмов гештальт-терапии — «если вам скучно: сыграйте в рулетку, наберите сообщение „я соскучилась“ и отправьте по списку контактов и ждите когда выстрелит».
Тоже мне рулетка… куда интереснее написать так: «я в такси, текила в пакете, соль в солонке, остальное при встрече… пиши точный адрес»… и тут же следующее «ошиблась, сотри» и ждите, когда бомбанёт.

Одна из вещей, которая заставила меня задуматься… они говорят, что страх — это только мысли, и ничего не произойдёт, потому что мысли никогда не будут настоящими. А мой тезис или юмор — они действительно становятся реальными.