Валерий Савенков

Себя надо чисто нести
по жизни, и это правило.
И несомненно расти
в творчестве, в добрых планах.

Надо любить людей
так, как себя — цельно!
Надо впитать идей
комплекс весь этот в целом.

Надо не предавать,
пусть ты сто раз предан.
Надо себя отдавать,
быть у народа пленным.
… показать весь текст …

Мой пост не про жратву, шашлык или кучу риса,
поэтому лайков не будет. Я реалист.
И нет у меня красивой груди и брутального торса,
а пост без этого выглядит постно.
Надо, конечно, сфотографировать тарелку с мясом,
и будет лайков — масса.
А если выложить мысль или стихотворение,
не прочтут. Нудное построение.
Социальная сеть — это пошлость или хавка.
Ава Савенков, Савенков ава!
Так бы неинтересен был бы бесценный
для современной истории Юлий Цезарь…
(шутка)

Просыпаюсь, в руки беря,
не обжигаясь плазмой,
солнце моё сентября,
пылающее не напрасно.

В ладонях моих оно
размещается просто.
И с солнцем в руках, как в кино,
втискиваюсь в осень.

О, что впереди? И кто?
Как греет ладони плазма!
И загорает лицо
в лучах, что текут сквозь пальцы.

ДИАЛОГ

(Пьеса в одном явлении)

Действующие лица:

Драматург — мужчина 47 лет, с плешью. одет в вельветовый костюм коричневого цвета.
Моцарт — композитор, 30 лет
Гоголь — писатель, 28 лет
Валерий Выбоцкий — бард из СССР, 54 года.
Алла Кранцова — учительница из России, 25 лет.
Гай Юлий Цезарь — римский политик, 9 лет.
Сенаторы Рима
Члены Верховного Совета СССР
… показать весь текст …

Мозг болит; не голова — мозг.
Свист в ушах и летит
мысль на непонятный мост,
который — в быт
перекинут через странный водоём;
Мы сегодня и никогда вдвоем.
Ты, конечно, красивая, — и лицо, и рост.
О, как болит мой неискушенный мозг.
Я уже не шепчу про душу: душа,
существующая не греша,
изнылась, в ней был по-молодости лоск.
А теперь один мозг,
изнуряющий болью мозг.
Мозг болит, а он — всё тело, и боль
… показать весь текст …

Что-то мимо проносится,
а что — усмотреть не успеваю.
Я живу по законам осени,
я озимые посеваю.

Может это она — единственная,
просто лиц не увидеть всуе?
Или просто природа лиственно
опадает и комплексует?

Мимо тихо бредут лоси,
поедая остатки травки.
Я живу по законам осени —
по законам судьбы остатка…

В пять пополудни
мне позвони,
Сердцу тоскливое озари
Словом,
в котором и мягкость, и слог.
И я подумаю,
что это Бог
Звоном смартфонным меня посетил,
Словом негромким поговорил;
И изменил
настроения суть,
И повторил еще:
— Ты не забудь,
что я тебе дал
… показать весь текст …

НЕСОСТОЯВШАЯСЯ ВСТРЕЧА
Давеча с балкона наблюдал энлэо,
небо был полусумрачным, было тепло…
Энлэо моргнуло желтым глазом
и исчезло сразу.
Я вечером в дверь постучался гуманоид,
он ждал. Наверное матом крыл,
но я дверь не открыл.
Душа ноет,
когда я гуманоидов наблюдаю,
я больше не интересуюсь, больше — страдаю
оттого, что пространства родины
оккупировали гуманоиды.

Печально непонимание;
отвратительно пренебрежение.
Мечтами и темами дальними
мы ищем своё отражение
в прудах, что ряской загажены;
в морях, что медузам проданы.
Мы худшим пока что украшены,
и как-то кому -то — подданные.
Но как-то путями тайными
на грани почти раздражения
мы впитываем непонимание,
плюя на пренебрежение.

Из Кухаривки по-матери корни,
предки процевали там.
Какавачку пили и копны
ворочали по утрам.
В голодные годы 30-е
в Ейск перебрались…
Войну пережили осадную,
освоились — в новую жизнь
поверили так отчаянно:
и только потом — вперед.
И я родился нечаянно
такой вот — такой вот — вот…
Отца же родня из Ейска
случайно — он был так крут!
… показать весь текст …