Николай Гольбрайх

Кому-то досталась лягушка царевна,
Другим же лишь жадности жаба внутри.
Но пилят и тех и других ежедневно,
Извечной пилой, от зари до зари.

Заблудшие овцы,
Все стали баранами.
А мир весь торговцы,
Опутали кланами.

Души нараспашку,
В сердце дом для всех.
Но чуть что в ход шашку,
Пустят без помех.

Подавился колбасой,
Бабушка придёт с косой.
А вот, например омаром,
Жди модель с аксессуаром.

Я всегда не понимал людей,
А теперь чем дальше, тем не понимаю ещё больше.
Их бредовых мыслей и идей,
И желания, травя себя пожить как можно дольше.

Восхищение закатом,
Громким возгласом и матом.
Да — Велик Родной язык,
Будь то шёпот или крик.

Что ни говнюк — то требует ответа,
Что ни хамло — то вежливости ждёт.
Что ни скандал — то рейтинг интернета,
Что ни крикун — то сеятель свобод.

Опять распределили роли как попало,
Видать что режиссёру снова недосуг.
На сцене действие, что всех уже достало,
Не лучше и происходящее вокруг.

Мозг всё сделал филигранно,
Мысль могла бы стать великой.
Но язык, болтая странно,
Сделал всю идею дикой.

Царица тьма — бескрайний космос,
В ней жизнь и вечности полёт.
Она меж добротой и злостью,
И мы её частички плод.