Екатерина Табачкова

— Я мечтаю поскорее стать взрослой.
— Зачем?
— Хочу выкурить все свои проблемы.

«Привет. Снова сидишь перед ее могилой?» (00.48)
«Привет. Да.» (00.48)
«Почему ты не расскажешь живым всем свои проблемы?» (00.49)
«Мертвые лучше слушают, чем живые.» (00.49)
«Тогда умри. Легче будет.» (00.50)
«Не могу. Маму жалко.» (00.50)
«И всё?» (00.52)
«Больше мне никого не жалко.» (00.54)

— Серьезно? Все хорошо? Ха, не неси чепухи, солнце. Все хорошо, это когда ты не считаешь себя убийцей своей лучшей подруги, это когда ты не считаешь свою мать сучкой. Это когда ты не думаешь, что лучше бы ты умерла. Это когда ты не ищешь защиты там, где раньше находила лишь опастность. И не говори мне, что всё, что я сказала, не правда. Мы обе знаем, что это не так. Так, как твои дела?

— Окей. Ты завела меня в тупик. Мои дела просто супер.

— О, Боже. Эта девчонка — сумасшедшая идиотка.

— Хей!

Э-э-э-э-э… Ребят, а почему вы на диване? — спросила Табачкова, держа в руках полную тарелку попкорна «Мистер Бонко». Если бы она знала, что все её друзья (и соседи) соберуться в одном месте (на диване в главном зале перед единственным несломанным телевизором), то, возможно, осталась бы у себя в комнате и почитала Стивена Кинга (его книги всегда лежали у неё в коробке под кроватью) или Джоан Роулинг, чьи книги у неё лежат на полке, одолжённые у Холмской (она, между прочем, тоже стояла на диване,…
… показать весь текст …

Знаешь, сколько бы ученые не предсказывали конец света, они никогда не поймут главного. Мир уже и так мёртв.

«Выжившая!» — кричат в моей голове голоса.
«Убийца!» — кричу я сама…

Смерть — это вечная жизнь.

— Знаешь, Саша, человек — это существо, которому нужно так много и так мало для жизни.
— Как понял? Библию прочитал?
— Нет. У Кати печеньки стащил.
— Так вот кто это сделал?!

Наверное, я всё-таки умерла тогда, в воде. Почему? Мне всего тринадцать, а некоторые взрослые люди бояться смотреть мне в глаза. Слишком уж в них много усталости и вины.

Знаешь, этот мир давным-давно уже исчез. Остались только одни твари, не знающие пощады. Это люди.