Скажите им всё, что вы должны сказать, а после — пожелайте удачи. Позвольте им летать, позвольте им падать. И самое главное — позвольте им быть самими собой.

Покажите мне Душу без шрамов и я не поверю, что она жила.

Книги — это зеркало чужого сознания. Хорошие книги — неизбежная часть твоего.

Встреча случается однажды, а путь к друг другу продолжается всю жизнь.

Почему у хороших людей всегда болит Душа? Может потому что они болеют не только за себя? А и за тех негодяев, которые делают им (и не только им) больно?

Почему хорошие люди так плохо спят, ворочаются всю ночь? Почему им до всего есть дело? Почему они не могут молчать? Физически не могут пройти мимо каждого безобразия? Которое, кстати, лично их не касается. Что это с ними, что они везде залезают и воюют за справедливость? Даже в ущерб себе. Они что не такие как все?

Нет, конечно не такие. Видно Ангелов на всех не хватает. И Бог посылает на Землю хороших людей. Отрабатывать внеурочно. Может быть и в ущерб себе. В надежде, что завтра они уврачуют чью-то боль. И тут, среди откровенно-плохих и отвратительно-равнодушных станет меньше боли… И больше хороших. У которых будет шанс — не только страдать, не только переживать, не только спасать родных и близких, а ещё и насладиться жизнью.

Пока есть время. Пока очередной плохиш не выбежал на дорогу и не совершил очередную пакость…

Ничто так не усиливает отношения, как доверие; ничто не украшает их так, как доброта.

Первые признания делаются словами. Все последующие — доказываются делами. Ежедневно.

Доказываю свои теоремы только тем, с кем имею общие аксиомы.

Песни юности — это фон жизни, песни сегодняшнего дня — это белый шум. Детям семидесятых и восьмидесятых очень повезло с песнями. У нас были Тухманов, Зацепин, Бабаджанян, Рыбников. У нас были Танич, Рождественский и Евтушенко. У нас был Высоцкий! У нас был Макар! До шестидесятников мы впоследствии доросли, а со всем остальным — проехали. И слава Богу.
Ну, а ещё конечно Никольский, Романов, Моргулис, Сапунов:

«И в чем вина, что там и тут
Друг друга ждут и тем живут.
Но скучен день и ночь пуста,
Забиты тёплые места…»

Молитв не было, а песни были… Со смыслом, с чувствами, с вопросами в лоб. И ведь до сих пор актуально!

Как странно устроен человек — в радости к нему приходит слепая беспечность, а в горе — долгожданное просветление.