Tine Markoth

Народ, которого опаивают эзотерически-шизофренической блевотиной всякие олеги торсуновы, сергеи серебриковы и алексеи трехлебовы, не способен рождать героев и мыслителей. Он будет плодить только инфантильных придурков и чокнутых дамочек.

Ну, когда родился на море, то бытовуха любую улыбку сожрёт. Обычные такие мысли: «Что жрать, что надеть и чем платить?», и вот море уже и не море…

Да, налево эту красоту! Теперь хоть голова меньше болит… Хотя ночью спать холодновато…

Я графоман… Нет, не так — Я ГРАФОМАН!
Пишу фигню, мараю лист.
И нет ни совести, морали,
Я как застрявший в попе глист,
Почти… Мои кривые строчки —
Вырвиглазны, смотрятся не очень!

Я стала волной —
В огромном море,
Море идей! И мне ночью не спится!
Я смотрю за Луной!
И мало, кому верю,
Но себе — больше других,
Ведь волны не могут обмануть —
Своих…

(не дописано 24.10.2017 года 9:22—9:26)

Морская гладь впереди меня,
Я просто стала волной!
Ничего меня уже не переубедит —
Стать кем-то другой!
Зачем становится зверем,
Зачем птицей или стихией?

Я смотрю за взлётом чайки,
Как она в борьбе с Норд-Остом,
Сил своих больших не чает —
И летает над «Форпостом»!

Ветер, словно злая ведьма,
Ей норовит, сломавши крылья,
Будто не сам того видя —
Сделать птицу просто пылью!

Бьёт он злой своей рукою,
И кидает — прямо в плитку,
Но…
… показать весь текст …

И ведь прочту же, между строк:
«Когда здесь статуя стоит,
Как среди морей стоит,
Тот Величавый остров Крит —
Это Любви исток…»
И дальше не запомню ничерта,
Ни образов, ни голосов из сна…

Вот и я с утра встаю,
И в глазах ни сна!
Оттого, что я люблю,
Как светит мне в окно Луна?
А Луна здесь ни при чём,
Это всё мечты,
Те, что огненным мечом,
Жарко говоря: «Прочти!»

Мой карман и полн, и пуст,
Что забыть пора,
Как я, слышавшая, хруст
«Хруст» секунд с утра…
Утром время ещё спит —
Не проснулось зря,
Кто есть трезв, а кто пропит:
Скажет нам заря!