Триумфов часы сочтены и укрыты золой,
Быть может не бед, а крушенья святынь рукотворных?
Я долго шел слеп, очарованный своею судьбой,
В незыблемость сил своих веря легко и упорно.
Громом средь ясного неба явилась
болезнь,
И дни все смешались, и смыло привычные вехи.
На полуслове замолкло всё то, что я пел.
Какое там завтра, когда сердце даёт перебои?
Неловкие пальцы трогают клавишей лёд,
Беззвучен аккорд, что когда-то ласкал поднебесье.
Хронос упрямый замедлил стремительный ход,
Я жизни страницы с последней до первой листаю
© Арыстан Тастанов 1557
