ПОСЛЕДНИЕ КОММЕНТАРИИ
Сергей Гулидов это ЯМуки и радости это лучшая книга прочитанная в моей жизни после золотого телёнка
MagistikaЦитата хороша, авторство сомнительно. Ну и капс, конечно, весь вид портит.
В тему:
Смотрите на з...
Amor FatiАх , ты степь широкая …)
Двенадцать струнЭта модель возможна там где бОльшая часть или иерархически более важная часть коллектива умеет так о...
Vanchчеловек эволюционировал не в ту степь ))
Vanchродственные души встретились ))
Vanchстремление к индивидуальности – массовое явление ))
Vanchконтрольный в голову – счастьем ))
ЛУЧШИЕ КОММЕНТАРИИ ЗА СУТКИ
Юлия ГореловаВспомнит о работе, душа щемит от восторга, хоть бы посмотреть на таких одним глазком))
Двенадцать струнЯ так когда-то начала читать Ирвинг Стоун "Муки и радости"... Солидное издание... отличная бумага......
PLutоvkА"В любви не может быть учителей.
Мы навсегда её ученики".
Так писал Омар Хайям.
Но то же самое м...
ИСПРАВЛЕНИЯ И ПРЕТЕНЗИИ
#2127842 Повтор публикации #2005264?
#2248474 Повтор публикации #2005264?
#2248365 Повтор публикации #370313?
#2248416 Изменить авторство на © Константин Липскеров 2?
#1927087 Повтор публикации #1788965?
#1947082 Изменить авторство на © Михаил Юрьевич Лермонтов 246«Герой нашего времени» 2?
#1642944 Исправить текст публикации?
#1622063 Удалить авторство © Михаил Юрьевич Лермонтов 246?
#576475 Исправить текст публикации?
#1271596 Повтор публикации #576475?
все ⮕ТОП УЧАСТНИКОВ
весь топ ⮕ПОСЛЕДНИЕ СОБЫТИЯ
Сергей Шардаков 17 июля получил статус автора
Роман Цивинскас 16 июля получил Белый жемчуг
Поликсена 11 июля получила Серебряный жемчуг
Владимир Шереметьев 10 июля получил Белый жемчуг
Agent1 Provocateur 09 июля получила Белый жемчуг
Иридарья 07 июля получила Белый жемчуг
Борис Аникин 3 06 июля получил статус автора
Tatyana Schastye 06 июля получил(а) Черный жемчуг
Andrey Gapoian 05 июля получил(а) Красный жемчуг
Александр Юдин 4 04 июля получил Белый жемчуг
Тебя поймут скорей, чем в чуждом где-то.
Жаль, редко навещают декадента
Знакомые, друзья и просто так...
Но есть стихи, есть книги, черт возьми,
Которые уносят в высь такую,
Где мы опять становимся людьми,
И ни о чём, по-своему тоскуем...
Ругали власть, крича: Даёшь Мессию!
После второй шепнула нам мечта -
Сходив за третьей – выпить за Россию!
Один пошел, мы ждали за столом.
Три дня спустя он позвонил из дома:
Без трех зубов, четыре перелома...
Его менты забрали, как назло.
Мой Бог, какие счёты меж друзьями:
Возвышенные мысли о былом
Иль о бразильском новом сериале...
Да вы забыли всё, друзья мои:
Мы философски спорили о жизни,
Как хорошо бы выпало в Париже
Дожить свои оставшиеся дни!
Мне было пять, когда Вождя не стало!
Я ничего не помню, черт возьми,
Хоть говорят, что вся страна рыдала.
Но это - в прошлом. Я – пока живой,
И не люблю прогулок по погостам...
Пишу о Вечном, низменном и... просто
О нашей жизни, о стране родной.
На красный свет смотрящие быки...
За перекрёстком – двор. Всего лишь – двор,
Арена дрессированной тоски.
Три деревца без листьев. Старый дог.
Хозяин на коротком поводке.
Подъезд. Сказать точней – конец дорог.
Песочница и листья на песке.
Нажатье кнопки. Лифт ползёт бренча.
В груди комок искусственного льда.
Стальные двери. Поворот ключа.
И... шаг из Ниоткуда в Никуда...
И хватит ждать счастья на блюде...
Тебе ведь судьба подарила меня!
И больше подарков не будет!..
Жена встречает у дверей со сковородкой...
И взгляд хмельной проникся искрой благородной:
- Иди, родная, отдыхай, я не голодный!
От пустоты, сжимаемой в горсти...
По улице бредущий человек,
Не знающий, куда ему идти...
За серой далью – дом. Всего лишь – дом.
Тебе туда? Наверное, туда!
Вот магазин знакомый за углом,
Поток людей, спешащих в Никуда.
Аналогом высокой Пустоты.
А здесь упавший с дерева листок,
Аналогом несбывшейся мечты.
А здесь - кусочек городской земли,
Что в переводе попросту: асфальт...
А ты устал и пустотой болит
Твоей душой невиданная даль.
В распахнутый форточный люк.
Луна подмигнет
Из прорехи в небесной овчине...
А шарик – игрушка
Для Бога и Духа, и Сына,
Кружась, потихоньку дрейфует...
Все дальше и дальше на юг...
Ведь только слово убивает век!
Но, языку вливает в вены кровь,
В которой что-то от больных веков
Осталось, пусть немного – слово, два...
Пусть нет судьбы – тебя ведут слова
В страну стола, бумаги, лампы, стен...
Давно сгорели – Троя, Карфаген.
Их искры прожигают сквозь века:
Дымится лист, когда твоя рука,
Напишет против правила игры
"Отчизне мы не судьи..." до поры.
Отсутствие судьбы. Пуста сума.
Слова – не в счет. Они – игра ума.
Пустая, как виденья детских снов,
Которые умрут от грубых слов...
И, потому – ты эти сны забыл.
Одни слова в душе, но нет судьбы.
Так, может, впрямь, судьба не стоит лжи?
"Дворец пустеет. Гаснут этажи".
Ремонта гласу внемля, а не снов,
Рабочие стирают пыль веков.
И, заодно, века. По счету лет,
Векам на этом свете места нет!
Покой нам снится! Мир есть вечный бой! -
Сказал о нас, как пригвоздил, поэт.
Увы, что значит век по счету лет?
Он был, как не был. Понимай – не жил.
Живых сегодня больше, чем могил!
Хотя, понятно, всё наоборот...
И вереница дней... идет... идет...
Становится годами за спиной...
Взгляни в окно, где век - уже чужой!-
Хоть, в общем, те же улицы, дворы,
Гудки машин и гомон детворы...
Но, отчего, скажи, уходишь ты,
"тайком от глаз ликующей толпы?"
И честно добавлю, характер - не мёд.
Вчера чёрный кот уступил мне дорогу
И сплюнув три раза попёрся в обход!
- Чего ты орёшь, будто ранен в борьбе?
- Да вот, представляешь, приснился мне УЖАС,
Что снова женюсь... и опять НА ТЕБЕ!
И не боясь ни водки, ни меча
Чуть кормится за счёт живого мозга:
Покуда жив, поделится с сестрой
Остатками высоких философий,
И невысоких истин бытия:
Куплю себе с коляской мотоцикл,
И в шкаф убрав свои кастрюли,
С подругами отправлюсь я тусить!
На волосы начёс прикольный сделаю,
Татуировку крыльев на плечах,
Глаза подведены чёрными стрелками,
И пусть мы клячи, но на каблуках!
И повторяю лишь её:
То, что своё - нас не минует.
То, что уходит - не твоё.
Из коих самый главный – человек!
Он сам себе порок, убийца жизни –
Своей или чужой... не всё ль равно?
Он вечно ищет грёзы и миражи
В душе своей... что истина ему?
Будь то булыжник в голову иль яма
На скоростной дороге, книги, дом...
Что дружба, что любовь? добавим: верность?
Кому на этом свете можно верить?
Эрозия подтачивает дух
И веру человечества в миражи,
В то, что Господь наш всемогущ и добр,
Последние иллюзии, и чувства
Становятся слепыми и глухими,
Похожими на нищих в декабре...
Чтоб не замёрзнуть – прячутся, где могут,
В рванье, как отступавшие французы
Домой, в Париж, из дикой Московии,
Бросая трупы в снег, и пожирая
Полусырых собак и лошадей...
Ни рифмы... всё, почти, как у людей
Нормальных... С точки зренья Герострата.
Но сколько поджигателей церквей,
Ушли, как говорится, в мир теней
Без славы, без фамилии и даты!
Ах, шепот фарисеев и глупцов –
Переживу – не первый, не последний.
Сомнения скребутся, словно мышь:
Король Анри обедней взял Париж...
Но... стоит ли Париж моей обедни?
Печаль моя... темна или светла?
Сомнения, которым несть числа
Теснятся, вьются, мчатся, словно бесы...
И кто-то в подсознании моем
Картечью волчьей зарядил ружье,
Что выстрелить должно в финале пьесы.
Немного больше остальных:
Как много ДЕНЮШЕК хороших
Ушло на ДЕВУШЕК плохих?
Пообщаться собрались, ЛУЧШИЕ ПОДРУГИ!
— Что вы говорите, Шлема?
— Вы спите с моей женой, а у меня спрашиваете «как дела»!
И любим тех, кто не для нас...
И журавля мы в небе ждали,
Синице дав тупой отказ.