можно ходить сто лет, всё вокруг да около,
только, кто бы меня и как бы рьяно не убеждал,
тот, кто ползать рождён, не летает соколом,
а чаще всех предаёт, кто однажды уже предал.

можно сменить наружность, тональность голоса,
маску одеть с кольчугой и закрыться на сто замков.
но потеряв башку, глупо жалеть волосы,
прошлое не возвращается, даже из мира снов.

можно сменить фамилию, сделать пластику,
слушать иную музыку и всех поменять друзей,
но не стереть сущность, как карандаш ластиком…
а то, что уже убито, не станет ещё мертвей…

Квартира гостями полна.
На матери платье в горошек.
И взрослые делятся на.
хороших и очень хороших.

Звон рюмок, всеобщий восторг.
У папы дымит папироса.
Вот этот уедет в Нью-Йорк,
а тот попадёт под колёса.

Осенний сгущается мрак,
кончаются тосты и шутки.
И будет у этого рак,
а та повредится в рассудке.
… показать весь текст …

Мутило… и продавленный диван
впивался зло пружиной в ягодицу…
Хотелось, братцы, даже удавиться,
но за окном вдруг затянул баян.
Он не играл, он — плакал… Под вальсок
дворовый пес кивал хвостом кому-то…
Был час — как будто бы промежду суток, —
затягивай потуже поясок…
Мечтал Иваныч, сплевывая зло,
а тетка Марья, в стареньких калошах,
свистела: день-то — чудо, прехороший,
ишь, как с погодой нынче повезло!
Висел июль в прокуренном окне,
и было лень задернуть занавеску…
… показать весь текст …

Когда коснется смерть меня изящною рукой
И лунный свет окутает молчаньем
Скажи мне, кто останется со мной?
Наедине с тоскою и печалью?
Кто будет слезы лить над бренным телом
Кто будет вспоминать далекие те дни
Когда я торопливо выдуманным мелом
Соединяла линии судьбы.
Кто будет тихо мне нашептывать о прошлом
В котором познавала я судьбу
В котором день за днем я непрерывно
Вела с собой ожесточенную борьбу.
Кто будет мне сквозь слезы обещать
Что никогда меня не позабудет?
… показать весь текст …

Ко мне ЛЮБОВЬ пришла, как нищенка…
Cтоит потерянно в углу,
Её спрошу: «Ну, что ты ищешь там?
Тебе подать я не смогу…
Что в доме было — всё уж вынесли,
Лишь паутина, мох и мрак,
Да я одна с своими мыслями,
В стене сверчок поёт, дурак!»

Иконно-тихо, чуть с насмешкою,
Она сказала: «Мне ль не знать?
Иду к святым, иду и к грешным я…
К тебе пришла — ТЕБЕ подать!»

В тишине переулков засели страхи
и скулят полусном собак.
И мне кажется, снова душа на плахе,
окна, будто толпа зевак.

В пустоте многоулиц притихло сердце,
подсознание ждет беду.
До утра полнолунием не согреться
мысли маятся, как в бреду.

Холод бьётся тараном о каждый атом,
в каждой клетке сквозит зима.
Только этого городу слишком мало —
сходят люди, как мир, с ума.
… показать весь текст …

Мы с тобою стоим на мосту
где-то в Питере.
Снизу греется речка в граните,
как в свитере.
Смотрим вдаль и болтаем,
и семечки щелкаем.
А над нами плывут облака
и пахнут сгущенкою.
Нас с собою зовут, но не хочется
что-то сладкого.
Разобижено небо и плачет
по-детски осадками…

…Собрались на мосту репортеры
… показать весь текст …

Молчишь.Молчи.Не говори ни слова.
Я.видимо, двух слов не заслужил.
Не Калиостро я, не Казанова,
Но как они я, все-таки, любил.

Я не скакал по полю с пистолетом,
Я на балах мазурку не кружил.
Но как они я тоже стал поэтом,
И как они я, все-таки, любил.

Я не был на вершине Эвереста
И холод не меня вверху убил.
Но как они не находил я места
И как они я, все-таки, любил.
… показать весь текст …

За двадцать тысяч полных лун
Я не смогла с тобой расстаться,
Изорвала скрипичных струн
За это время тысяч двадцать…

И небо падало на нас,
Теряя звёзды в стылых реках,
Замёрзших двадцать тысяч раз
В незакрывающихся веках.

Я двадцать тысяч лет ждала,
Когда душа твоя оттает,
И стала янтарём смола,
Алмазами — руда пустая.
… показать весь текст …

губы, в кровь искусанные, в прошлом.
сопли растворились в океане.
память помнит, только о хорошем
и уже не режут, как ни странно

острые стекляшки, что засели
глубоко внутри, осколки счастья,
метко угодившие по цели,
душу разорвавшие на части.

и уже совсем-совсем не больно
пустоте в которой сердце билось
и мечте, умчавшейся на волю
не нужны прощение и милость.
… показать весь текст …