Skade

Н: — «Тупой конец яйца»? Хмммм, это еще как-то называется?
Л: — Мужчина.

Есть разновидность женщин — поэтессы.
Оне плодятся в сфере городской.
Я видел их в Берлине и в Одессе,
И разницы, поверьте, — никакой.
Скучны, претенциозны, вертихвостки…
А лица! Впрочем, им ведь нужен лик…
Немного угля, марганца, известки, —
Победной моды планетарный крик!

Одна другую сразу съесть готова
С прическою, с тетрадкою стихов:
— Ах, Лилина! Ведь с ней редактор «Слова»…
Как видите, дитя не без грехов… -
… показать весь текст …

Мы ищем знаний, в опыты врастая,
В надежде отыскать Эдемский сад.
А истина такая же простая,
Как сотни тысяч лет тому назад.

Нам для огня нужны дрова и спички,
Но искра есть уже в самом огне.
И лотос расцветает по привычке,
О собственной не зная белизне.

А мы потом изучим спектрограмму,
Измерим массу, взвесим каждый грамм.
Покуда мы найдём дорогу к храму,
Не позабыть бы, собственно, про храм.
… показать весь текст …

Нас занесло куда-то в мир иной,
Не тот, который виден после смерти,
А тот, где души искушают черти.
И люди жадно давятся слюной.

Нас занесло на крышу бытия
Балкон уже однажды обвалился,
Один из нас давно в котле сварился,
Но мы добрались, только вы и я.

По парапету медленно дыша,
Мы над костром, который вам не снился.
И все мы думаем закрыв руками лица:
'Кому достанется моя душа?'

Глядя на чокнутых соседей, так приятно осознавать, что для кого-то ты тоже чокнутая соседка;)

Повернувшись к легионеру спиной, я пошла за одноруким. В голове уже теснились мысли о деньгах, ужине, сне и тысяче мелочей, которые обычно заменяют нам мечты. Однако я расслышала, что крикнул мне вдогонку старик:
— Какой смысл бежать от смерти? Без мечты ты и так труп, только пахнешь чуть лучше.

не снись!
прошу всем сердцем,
ну не снись
привычно-одинокими ночами!
ты снами будто просишь:
«обернись
в те дни, где не бросались мы словами

безмерно ядовитыми,
где мы
друг друга развлекали
вечерами
и,
души во влюблённости умыв,
… показать весь текст …

Круговорот отчаянных шагов.
Я каждый день о новой смерти слышу.
Я перестала замечать врагов
И тех друзей, что вскоре станут бывшими.

Все исходящие сообщения много лет назад прочитаны.
И даже входящие — исходящие.

Ты хочешь сказку? Значит её получишь — Сказку о боли, клокочущей под ребром. Чёрные буквы выжжены и колючи — Волчьим оскалом в финале блеснёт добро, И кувыркнётся, вывернув позвоночник, Над звонким железом в старом трухлявом пне. Думал, чудовища вечно приходят ночью? Режущий свет страшней колдовских огней. Природу и племя, вестимо, не выбирают. Слышишь, как люди идут по пятам с огнём? Те, кто твердили о мире, любви, морали, Кинут булыжник и подожгут твой дом. Это их выбор, такие у них законы, Ведьмам — костёр, чудовищ — мечом рази. Объявят героем того, кто убил дракона — Дракон не сумеет более возразить…

Зубастые пасти все скалятся в окна.
Мешают писать, воют в скрипе пера.
Страницы желтеют, календулой сохнут,
Лишь горечь их слов на конце языка.

Первая заповедь человека, у которого болит горло: хочешь есть — пей.

Ангина — это многократное лишение девственности горла.

Лучше задавать вопросы; доставать «старших»; «не понимать» очевидного, и выглядеть дурой, чем молчать, и быть ею.

Мне снится сон, ужасный сон —
Мой приговор произнесен,
И у позорного столба
Меня поставила судьба.
И град камней летит в меня,
Толпа ревет: — «Огня! Огня!»
И я с поникшей головой
Стою над бешеной толпой.

Я не одета и боса,
Расплетена моя коса
И кровь струится из плеча,
Вот-вот сгорю я, как свеча.
За что казните вы меня?
… показать весь текст …

В насморке есть один единственный плюс.
Люди не могут понять, плакал ты, или это просто «температура, глаза слезятся, сопли».
Всегда на вопрос «ты что, плачешь?» можно ответить: «нет, это насморк. Отойди от меня подальше». И в мыслях добавить «изыди».

Я — бывшая Золушка
Кукла с резиновым сердцем
Глупейшая гейша в кедах
Наяда в потрепанной коже
Чьи волосы пахнут дешёвым дымом
Дешёвым домом
Чужими руками
На моей повседневной маске
Надпись губной помадой
«Осторожно! Злая собака!»

Я — бывшая Золушка
Клянчу деньги у граждан
Под грохот убитой гитары
… показать весь текст …

— Как жизнь?
— Cumshoot слезами.
— Непрекращающийся оргазм?
— Нет. Просто, кажется, меня слезами зачали.

Принцы хотят прославиться для принцесс
И хотят принцесс.
Люди хотят чудес,
Но не верят в искры и мотыльков.
Все волшебство — любовь.
Страсть, как торжество, а любовь — процесс.
Каждый так любит секс,
А счастливый тот, кто любить готов.

Весна накрыла разум медным тазом. Теперь я не приличная ни разу.