В тёплой спальне в углу, где когда-то стояла кровать,
Виновато проснулось озябшее сонное утро.
Только вместо того, чтобы просто уйти, не мешать,
Оно стало лучами сливаться в тонах перламутра.
И касаясь щеки в тех местах, где стекала слеза,
Всё пыталась понять, почему взгляд томится от скуки.
Может просто виной был тот дождь, или в небе гроза
Вновь напомнила день, когда он целовал твои руки.
И теперь ты в тиши за огромным дубовым столом,
Молча пьёшь чай с лимоном, пытаясь хоть как-то согреться.
Но те лживые фразы его, словно колким стеклом,
До сих пор режут с болью твоё одинокое сердце.
Душа… загадочная суть для человека. Она чиста всегда. От века и до века её то пеленали в тряпочки сомнений, то в целлофан обид, то в бархат искушений… И мучили упрямством собственных амбиций, не часто признавая силу интуиций.
Секли привычкой чахнуть, радость жизни руша. Тела уходят к праху. Остаются души. Такие же, как были выданы в начале. Пути: светлы, чисты. Они, ведь, не молчали, пытаясь достучаться до людей упрямых: но люди выбирали сценам жизни драмы. Играли роли… смыслы одолжив у тверди. Душа ждала полёта… вплоть до самой смерти.
А потом он её потерял. Потерял её душу и сердце,
И весь мир от тоски зарыдал, потому что не рядом, не вместе,
Покачнулась земля, и вокруг краски серыми стали тускнея.
Он тепло этих ласковых рук не сберёг нехотя, не умея…
Не поверил в наивность мечты, что стремилась к небесным светилам,
Не увидел в глазах доброты вперемешку с волшебною силой.
И финал этой повести глуп, хоть и учит беречь своё счастье.
Даже если Он там, Она — тут, даже если совсем другой масти,
Понимайте друг-друга без слов, не пускайте обидных фраз стрелы,
Ощущайте душою любовь.
Ощущайте ДУШОЮ, не ТЕЛОМ…
Словно парус в штормящем море
Я белею в ночной тиши.
И со звездной тоскою споря,
Все хочу для себя решить.
Ну, за что ты меня так любишь,
Что готов за меня страдать?
Неизвестность в квадрате, в кубе
Умножает твои года…
Ну, за что ты опять прощаешь
Мой полет на шабАш во тьме,
Поцелуями выстилаешь
В свой шатер путь обратный мне?