Беня Молдаванский

Мы знаем все за мудрость Соломона,
Который говорил, шо всё пройдёт…
Его слова незыблемей закона,
И с ним поспорит только идиёт.

Но мудрость не всегда бывает в силе,
Во мне её незыблемость убил
Столь необъятный тухес тёти Цили,
Шо в дверь квартиры к нам не проходил!

В СССР был просто караул,
И в «стол писал» поэт — писатель прыткий,
А в век свободы массы пишут в стул,
Причём, заметьте, в стул, довольно жидкий!

Я не считаю себя умственным приматом,
Хоть дефицит, порой, мыслительных движений…
Ну не могу я говорить отборным матом!
Я матерюсь, не выбирая выражений!

О, женщины! Я вам не изменю!
И в этом мой решительный почин!
Я только вас лелею и люблю,
И вас не променяю на мужчин…

Видя последствия бунта,
Видя военных в «котле»,
Думаю, в термине: «хунта»
«Н» перепутали с «Е»!

Щикарный бюст у тёти Вали!
Он всех мужчин с ума сводил!
У всех биндюжников вставали,
Когда в пивную он входил…

Мне графики и цифры не нужны,
И нет мне дел до нефтяного крана,
Я мерю процветание страны
Объёмом стариковского кармана.

О, зелье Бахуса! Ты драма и восторг!
Ты зло и смех, похмелье и истома!
О, скОльких ты ввело в холодный морг
И вывело из каждого роддома!

Когда я приезжаю в Петербург,
Где всякие каналы и мосты,
Я очень резко ощущаю вдруг
Евойные культурные пласты.

Люблю в мороз по Невскому гулять.
Я как начальник с пОртфелем иду.
Очкариков люблю я наблюдать,
Что кутаются в польты на ходу…

Люблю пройтись по берегам Невы,
Там, где гулял известный всем арап,
И чувствовать, что мне не до братвы…
Что не до водки мне и не до баб…
… показать весь текст …

Когда в Европу принято бежать
От нищеты, от войн, от злобных шейхов,
Боюсь, Европе той не избежать
Рождения четвёртого из рейхов…