Марат Нуркенов

Мы всегда судим о счастье, смотря на других, приведя их в пример. Того что у нас нехватке кажется у тех в избытке. Чужое счастье, чужое яблоня, чужой сад всегда идеал для нас, она приятно, чище, красиво. Как в детстве мы стремились украсть чужую игрушку, так и во взрослой жизни мы хотим того же. Всегда чужое — прекрасно. А кто же задался вопросом, может у нас что-либо в избытке, тогда как у того же она нехватке. Ведь тот же сосед со скрытой завистью смотрит на тебя и на твою жену и думает, какая…
… показать весь текст …

Один протест, мигом гротеск,
Шальная пуля, вышла из дула.
Зачем фурор, кому она надо,
Ударь об стен, ничего ж не надо.
- / -
Ах ты упрямый, гадом зови,
Никого не надо лишь себя зови.
Кто виноват, не ищи ты цель,
Один виноват лишь себя в прицел.
- / -
Одно уйми, он босс,
Он прав, он не лось.
Кто не прав, так это ты,
Так уйми, и не злись, и не зли.
… показать весь текст …

Можно в двух случаях остаться у руля власти: Первое — всех перебить и устрашить. Второе — всех устраивать и разделить. Первому можно отнести Сталина, он правил — 30 лет. Второму можно отнести Брежнева, он правил -18 лет. Страшные времена никто не правил дольше Сталина, а спокойные времена дольше Брежнева. Из этого следует: Либо ты всех держишь в страхе и никто не посягнет на тебя, либо ты даешь надежду на мир и не посягнешь никому.

К величайшим словам Эразма Роттердамского «Чаще всего побеждает тот, кого не принимали всерьёз» можно добавит и другое слова типа «Ниже травы, тише воды». Тогда в этом смысле на этот роль годится именно Леонид Брежнев. Он тише и незаметнее и покладистее, чем грубый и самоуверенный Сталин или шутливый и непредсказуемый Хрущев. Этим качеством незаменимого, верного человека он вошел в доверию Хрущева, и последнего мягко убрал с политической авансцены. Он сохранил все как есть, ничего не изменив, этим себе обеспечил долгую жизнь на этом поприще. В памяти народа от него осталось застойная эпоха. Из этого следует: Дай жить другим, и тебе дадим, или же погуби всех, и ты погублен.

«Чаще всего побеждает тот, кого не принимали всерьёз» — величайшие слова Эразма Роттердамского. Что можно было ожидать от маленького, тихого, человека вроде Сталина, или болтуна и шута Хрущева. Один изолировал от участия в политических делах самого Ленина приковав к койке и уничтожил лагерь Ленина и Троцкого, другой убил самого Сталина изолировав от него личных врачей и уничтожил ближайшего соратника Берию и убрал с политического олимпа Сталининцев.

Вообще сам принцип — претендовать на мировое господство в какой-либо области бытия — ошибочен и всегда в истории кончался крахом претендента. Наполеон с Гитлером закончили плохо. СССР тоже. Американцы терпят неудачи. Древний Рим пал. Христианство со своими крестовыми походами распалось на разные ветви и течения. Евреи с ихней богоизбранностью тоже не шибко далеко ушли. Русские со своим особым путем (социализм, коммунизм) прогадали, теперь строят капитализм. Капитализм со своей демократией и либерализмом пришли в упадок как на Западе, так и в третьем мире. Мультикультурализм, равенства всех полов, феминизм ничего лучшего не дало миру. Лишь разрушал крепкие традиции и семейные узы. Теперь ислам заявляет претензии на мировое господство. Что же она предложит миру и чем она закончить свой путь? Скорее миру от этого не уйти, ибо на табло она уже загорелась. Вот-вот она сбудется.

Умей излагать вещи своими именами. При этом не преувеличивай, да не преуменьшай, дабы не было искажение истинного значения.

Бери опыт с прошлых, сегодняшней жизнью живи, на будущий работай.

По сей день, я вспоминаю об этих дней и все что с нею связано с теплыми воспоминаниями, даже с некоторой одержимостью. Временами я тоскую по этому, прекрасному городу истинно с Восточными прелестями. Стихи из песни в исполнения Игоря Талькова «Чистые пруды»:

У каждого из нас на свете есть места,
Куда приходим мы на миг уединиться,
Где память, как строка почтового листа,
Нам сердце исцелит, когда оно томится.

— прекрасно раскрывает то самое чувство, которое я испытываю к этому городу, к его жителям и традициям, которое ведет нас к истокам нашей идентификации. Этот прекрасный город юга с тысячелетней историей — Шымкент.

Пусть будет слова — определением, дела к слову — дополнением.