Марат Валеев

Став редактором газеты «Эвенкийская жизнь» (случилось это в 1999 г.), в сейфе обнаружил больше десятка томов «Книги приказов», датированных начиная с 1935 года. А лежали они в сейфе потому, что по инструкции должны были храниться в самом учреждении минимум 70 лет, и лишь затем передаваться на хранение в окружной архив.

Когда я в свободные минуты начал изучать эти раритетные документы, то обнаружил в них очень много интересного из истории газеты, издающейся с 1933 года в одном из национальных ок…
… показать весь текст …

…По графику я — дежурный редактор очередного номера экибастузской районной газеты «Вперед». Читаю свежие полосы с корректором Татьяной. На пару с ней мы вылавливаем и устраняем «блох» — ошибки. Кроме нас в этот день в корректорской городской типографии, где печатались все экибастузские газеты, дежурит Володя Е. из «Угольного Экибастуза». Нам скучновато, поэтому мы сбрасываемся, и Володя, который помоложе, сходил за винцом — раз, другой. К концу дежурства настроение у всех приподнятое, газета бла…
… показать весь текст …

— Здорово, Митрохин! Как я тебя рад видеть!
— Здравствуй, Петрович. Я тоже… Ну, я пошел. Некогда мне.
— Постой, ты это куда, Митрохин? Когда долг отдашь?
— Какой еще долг, когда такие дела вокруг творятся!
— А что случилось?
— Ты что, телевизор не смотришь, газет не читаешь?
— Телевизор сломался у меня, Митрохин, надо его в починку сдать, а у меня денег нет. И газеты покупать не на что. Так когда долг вернешь? Уже второй год пошел, как ты мне полторы тыщи рублей отдать не можешь. Или не хочешь…
… показать весь текст …

— Ну, хоть бы ты, что ли, с сыном поговорил, по-мужски! —  с укором говорила жена мужу.
— А что такое? — удивлялся муж.
— Да директор школы жалуется: пропускает наш Коленька уроки, учителям хамит. Да и мне частенько дерзит.
Раз сказала, два сказала, муж все отмахивается: некогда, мол. Наконец, выбрал время, зашел к сыну в комнату. Жена приложила ухо к двери. Там сначала слышны были возмущенные голоса, потом началась возня, шум борьбы. А вот и муж выкатился из комнаты, держась за глаз, следом сын с расквашенным носом.
— Ну что, батя, мир?
— Мир, сынуля, мир! А ты, мать, могла бы и предупредить, что Николай наш школу-то давно закончил и теперь физкультуру преподает… Ну что, сынуля, пошли пить мировую?

— Прохода от вас, нищебродов, нету! Работать надо, а не попрошайничать. Ладно уж, на тебе… пять рублей вот!
— Эх, Гришка, Гришка, не зря тебя в школе ж… й звали за твою жадность! Пятерку несчастную мне бросил, а сам-то вон как прикинут! Одни часы золотые чего стоят. Мог бы своему старому учителю и посущественней чего-нибудь подкинуть…
— А ну-ка, ну-ка… Ни фига себе — вы, что ли, Петр Иванович?
— Ну, я.
— Надо же не узнал. Богатым будете, Петр Иванович!

— Дяденька, слышь-ка, дай прикурить!
Прохожий изумленно оглянулся — на него требовательно смотрел замурзанный мальчуган лет десяти, неумело держащий в щепоти жирный бычок.
— Да как ты смеешь… — задохнулся прохожий от негодования. — Да я сейчас!.. Где твои родители, в какой школе учишься?
Пацан понимающе усмехнулся:
— Извините, гражданин, не найдется ли у вас огонька?
И учтиво шаркнул стоптанной кроссовкой.
-То-то, — довольно проворчал мужчина. И чиркнул зажигалкой.

— Где, здесь?
— Не знаю.
— А может, в этом месте?
— Да не скажу я вам!
— Ах ты, гад! А ну, ребята, сломайте ему чего-нибудь.
— Звери вы! Все равно не скажу!
— Не скажешь? Ну-ка, парни, а теперь оторвите ему что-нибудь!
— Ладно, ладно, сдаюсь! Не надо ломать мне удилища и отрывать крючки! В-о-н у тех кустиков хорошо клюет, там я прикормил карасиков да сазанчиков… Пользуйтесь, сволочи!

Вернувшись после заграничного отпуска домой, чета Загоскиных обнаружила свою квартиру до основания почищенную ворами — нажитое непосильным трудом добро не помогла сохранить даже сложная система сигнализации.
— Ну вот, как пришло, так и ушло, — философски заметил глава семейства Федор Андреевич, он же руководитель департамента материально-технического снабжения городской администрации. — А ведь я хотел уйти на пенсию. Что ж, придется потрудиться, не покладая рук, еще годик-другой…

— Ох ты, какая кругленькая! Ты бы ее стал, Васька?
— Нет, Коля, мне больше вон та нравится, с оттопыренным задком.
— Хо-хо, Васек, смотрю, губа у тебя не дура! Я бы от этой, с задком, тоже не отказался. Ну, что, берем их и везем на хату?
— Погоди, Колян, что-то меня сегодня растащило. Двух маловато будет. Глянь, какой тут выбор. Давай-ка еще на парочку раскошелимся, гулять так гулять. Возьмем еще вон ту, рыженькую. И эту вот, колхозницу.
… И друзья, купив на рынке четыре дыни, поехали домой пировать.

— Откройте!
— Хтой там?
— Мы из полиции, откройте, говорят вам!
— А-а, недобитки, явились таки! Мало я вас покрошил в войну! Учтите, гады, живым не дамся! Гдей-то у меня тут лимонка завалялась.
— Бежим, товарищ капитан!
— Сбрендил, сержант! Чего это мы, российская полиция, от какого-то старикана побежим? Пришли брать живущего по этому адресу хулигана Никоненко, значит, возьмем!
— Я вспомнил, что у этого Никоненко дед в юности был геройским партизаном! А для партизана что полицейский, что полицай один хрен! По рогам — и в кусты!
— Ох, черт, тогда быстренько валим отсюда! И когда ж только народ привыкнет к нам, а?