Boris Gurevich

Забыл Бог уделить вниманье,
В процессе мира сотворения,
Каким окажется влиянье
Отказ евреев от смирения.

И. Губерман
Прорехи жизни сам я штопал
И не жалел ни сил, ни рук,
Судьба меня скрутила в штопор,
И я с тех пор бутылке друг.

Б. Гуревич
Вертлявый штопор, как лихой еврей,
В кудряшках прячет хитрую ухмылку,
Но стоит оказаться средь людей,
Как тут же лезет он в бутылку!

И. Губерман
Известно даже недоумку,
как можно духом воспарить:
за миг до супа выпить рюмку,
а вслед за супом — повторить.

Б. Гуревич
Возможно я читатель глупый,
Что иногда так воспаряю:
Когда нет под рукою супа,
Я рюмку трижды повторяю.

Не опознав на очной ставки никого из предполагаемых насильников в лицо, пострадавшая настаивала на следственном эксперименте.

Наверно в жизни мне не очень повезло.
Ни шельмовать, ни притворяться не умею.
Твердят, что женщины и деньги — это зло,
А я от зла такого лишь добрею.

В мужья надумала креветка рака взять.
И вот уже их поздравляют с браком.
Как ни старался рак прилично встать,
А получалось только раком.

Единственная моя!
Каждая минута, проведённая с тобой, для меня так дорога, что я решил стать поэкономней.

Писали Вы: «Любовь ещё быть может…»
Как джентльмен, хочу предупредить.
Увидев Вас, мелькнула мысль: «Похоже,
что очень даже может и не быть».

И. Губерман
На всё происходящее гляжу
и думаю: огнём оно гори;
но слишком из себя не выхожу,
поскольку царство Божие — внутри.

Б. Гуревич
И я к таким как ты принадлежу.
Но чтоб покой души приобрести,
Я из себя совсем не выхожу,
Боюсь назад дороги не найти.

Если бы русский не знал я совсем,
Не рвал б на себе рубаху.
Выучил б этот язык лишь затем,
Чтоб многих послать нахуй!