ЭТО ИЗРАИЛЬ, ДЕТКА!
Кто слушать будет Малера
Иль Брамса с Мендельсоном,
А кто — читать Топаллера
Иль Фрейда с Соломоном,
Кто — истово молиться,
Кто — ночью колобродить,
Кто — пятый раз жениться
Иль что-то в этом роде,
Кто — утомлять политикой,
Кто — соблазнять кокетку,
Кто — заниматься критикой:
Таков Израиль, детка!

Нельзя любить своего ближнего, не жертвуя ему от труда своего.

Ф.М. Достоевский

Михаил Захарович Третьяков, отец братьев Третьяковых, основателей Третьяковской галереи, происходил из небогатого купеческого рода. В своем духовном завещании незадолго до смерти он написал: «Так как образ торговли моей сыновьям моим известен, то я надеюсь, что они будут следовать всем моим правилам, которые я старался внушать им». Его сыновья старший Павел (1832−1898) и младший Сергей (1834−1892) продолжили дело о…
… показать весь текст …

Свое завещание Гитлер начал писать 4 февраля 1945 года, а закончил 26-го. Это довольно объемистая рукопись, привести ее здесь целиком нет никакой возможности, а потому мы опубликуем и прокомментируем наиболее характерные, с нашей точки зрения части этого документа.

Во всем виноват Черчилль… и евреи

«Черчилль, увы, всего лишь старый человек, который только и может, что исполнять приказы этого безумца Рузвельта. В самом начале войны я действовал, исходя из того, что Черчилль способен понять вели…
… показать весь текст …

Так хоронили Пастернака

«Нас мало. Нас, может быть, трое» — написал Борис Пастернак о поэтах своего поколения. Двоих можно назвать сразу: это сам Борис Леонидович и Маяковский. Третий поэт — Сергей Есенин, может быть, Осип Мандельштам. Анна Ахматова не согласна была с цифрой три. Она писала: «Нас четверо», имея в виду себя, Пастернака, Маяковского и Мандельштама. Борис Леонидович дружил с Анной Ахматовой, но в своем списке великих её не числил.

С Есениным в молодые годы Пастернак подрался; за…
… показать весь текст …

Не различая тьму от света,
бывало я встречал рассвет
в местах, где дамы полусвета
из тьмы слетаются на свет.

Женщина ближе всего к наготе, когда она хорошо одета.

Работа, работа уйди на Федота, с Федота на Якова, с Якова на всякого. Зарплата, зарплата приди от Кондрата, приди от Якова, приди от всякого…

Никита Хрущев в пору расцвета своего правления ездил по стране со вкусом и размахом. В правительственном эшелоне вез все, что нужно для удовлетворения росших год от года запросов, даже правительственные лимузины. Любил первый секретарь КПСС проехаться по городам и весям и лицезреть благодарный ему народ, стараясь не замечать, что этот народ живет при нем все хуже и хуже. Малограмотный и неусидчивый, нетерпимый к чужому мнению, мстительный и болтливый, падкий на лесть — таким запомнили его гражда…
… показать весь текст …

«Еду я в электричке Москва-Петушки. Входит бомж с Курского вокзала. Синяк синяком. Морда опухшая. На вид лет тридцать. Оглядевшись, начинает:
— Граждане господа, три дня не ел. Честно. Воровать боюсь, потому что сил нет убежать. А есть очень хочется. Подайте, кто сколько сможет. На лицо не смотрите — пью я. И то, что дадите, наверное, тоже пропью! — и пошел по вагону.
Народ у нас добрый: быстро накидали бомжу рублей пятьсот. В конце вагона бомж остановился, повернулся к пассажирам лицом, поклони…
… показать весь текст …

В мозгу моем гуляет важно
Красивый, кроткий, сильный кот
И, торжествуя свой приход,
Мурлычет нежно и протяжно.
Сначала песня чуть слышна, —
В басовых тихих переливах,
Нетерпеливых и ворчливых,
Почти загадочна она.
Потом она струит веселье
В глубины помыслов моих,
Похожа на певучий стих,
На опьяняющее зелье.
Смиряет злость мою сперва
И чувство оживляет сразу.
… показать весь текст …