Элина Быстрицкая. Красавица со стальным характером

На вопрос, откуда Вы родом? Элина Быстрицкая отвечала: «Из бедности, из коммуналки, из войны». Ее мать была украинка, а отец поляком. Она родилась 4 апреля 1928 г. в Киеве, в семье военного врача. Мама работала в школе. Поэтому и имя она выбрали дочке как у героини пьесы Кнута Гамсуна «У врат царства». Правда паспортистка ошиблась и написала одну «л». Они жили в маленькой двухкомнатной квартире бабушки Элины. Всего было шесть человек. Элина с о…
… показать весь текст …

Когда избавишься от злого осужденья —
Откроется душе последний Свет.
И все за пазухой носимые каменья
Улягутся, как мостовая, вслед.

Когда булыжник сердца размягчится
Любовью до сияющей свечи, —
Не только все родными станут лица,
Но точно встарь, Небесная Десница
Протянется к идущему в ночи.

Солдатские штаны. Цвета хаки. Или оливкового цвета. В зависимости от рода войск. С обилием карманов сзади и спереди. Заправленные в шерстяные носки и в высокие армейские ботинки, которые весят полпуда, особенно в такую жару, какая бывает на Ближнем Востоке.
Казалось бы, что поэтического и возвышенного может быть в солдатских штанах? Простите, но это для вас. А что касается меня… то, когда я вижу эти самые солдатские штаны цвета хаки или оливкового цвета, только что выстиранные и вывернутые наизн…
… показать весь текст …

Рубашка в клеточку… Прошло так много лет,
Чуть-чуть потрепаны её края:
Была любимая… Но папы больше нет,
Рубашка в клеточку теперь моя.
Смешные пуговки, и мода прежняя
Из века прошлого… уж так не шьют,
Но греет ласково фланелька нежная,
И симпатичен мне её уют.
Рубашка в клеточку, рубашка папина
Ещё носить её, не износить.
И платье мамино из ткани штапельной
До лета ждет меня, в шкафу висит.
Нет, не от жадности, и не от бедности:
Могу и «новое» себе купить.
… показать весь текст …

Никто не свят… во всех всего намешано,
У всех своё: и дно, и высота,
И лезет то духовное, то грешное,
То красота в душе, то пустота.

И каждый где-то в жизни ошибается,
У каждого бывают времена,
Когда не так, как хочешь, получается,
И невпопад судьбы звучит струна.

Даются нам презрение и почести,
Победы и препятствия свои,
И слабость — поступать лишь так, как хочется,
И сила — жить и в чести, и в любви.
… показать весь текст …

Растет камыш среди реки,
Он зелен, прям и тонок.
Я в жизни лучшие деньки
Провел среди девчонок.

Часы заботу нам несут,
Мелькая в быстрой гонке.
А счастья несколько минут
Приносят нам девчонки.

Богатство, слава и почет
Волнуют наши страсти.
Но даже тот, кто их найдет,
Найдет в них мало счастья.
… показать весь текст …

С большою нежностью — потому,
Что скоро уйду от всех —
Я всё раздумываю, кому
Достанется волчий мех,

Кому — разнеживающий плед
И тонкая трость с борзой,
Кому — серебряный мой браслет,
Осыпанный бирюзой…

И все — записки, и все — цветы,
Которых хранить — невмочь…
Последняя рифма моя — и ты,
Последняя моя ночь!

В православном Церковном календаре Вербное воскресенье — двунадесятый праздник — называют «Вход Господень в Иерусалим». И мы будем освящать веточки вербы в память о пальмовых ветвях и встрече Спасителя в Иерусалиме.
Делюсь с вами пронзительным фрагментом из автобиографического романа русского писателя Ивана Сергеевича Шмелева «Лето Господне» (Праздники. Радости. Скорби (1928−1947)).
«Лето Господне» — это год от Великого поста до Великого поста, рассказ автора о детстве, семье, о старой Москве 1…
… показать весь текст …

Кого убил Пушкин в лице Ленского

Пушкин издал свой роман в стихах почти двести лет назад, но он до сих пор становится предметом горячих обсуждений, размышлений, интерпретаций. Письмо Татьяны — образец пошлости или трепетности? Кем мог быть муж Татьяны? Онегин — бессердечный тип или приличный человек? Эти вопросы мучают не искусствоведов — простых людей, которые и роман-то с облегчением отложили ещё в школе. А потом выросли — и вдруг задумались…

Возраст Татьяны

Уже несколько лет по социальным…
… показать весь текст …

К Бернарду Шоу пришел молодой драматург и попросил его высказать мнение о своей последней пьесе. Когда на следующий день он зашел за вердиктом мастера, Шоу сказал:
— Молодой человек, так вы сможете писать, когда станете старым и маститым. До этого же вам придется писать гораздо лучше.