chibur bibur

Буквы роем носятся, жужат давай начинай.
Очки к переносице просятся, чернил не жалей наливай.
Перо деловито спросит-опять про любовь и закат?
Но чувствую, что уносит, рифма в вишнёвый сад. Белые, как невесты, красавицы стройно стоят. Небо -«родом из детства», где каждый щенок тебе брат. Времени нет предела, можно просто дарить. Каждый вожак там Акела, и в Африку хочется плыть. Вечер усталостью встретит, картошкой печеной с золой. Рогатка чья лучше метит, и каждый медяк золотой. А после сны до упаду, на завтра ведь снова в бой. Фашистов добить всех надо, пока еще молодой.

Родными примет нас Земля, в широкие объятия. И даст глотнуть нам бытия, и скажет просто братия. Мы тихо в новый дом войдём, не закрывая двери. Она покажет суть времён, научит просто верить. И робость детских тех шагов, на марши переделав. Начнём войну против врагов, которым нет предела. Железом душу обобьём, бетоном заливая. Осины кол в неё вобьём, при этом обожая. Мы оправдаем все дела, под маской всепрощения, и обнажим свои тела для общего спасения.

Медленно скрестишь руки,
Шаг в бесконечность назад.
Жил и творил не для скуки,
Под колокольный Арбат.
Потоками песни вливались,
И каждый шептал моё!
Мы ими все напивались,
Похмелье было твоё!

Надо такому случиться, жизнь в состоянии пат. В голову столько стучится, а я их впустить не рад. Мне бы струну золотую, с прибоем связать закат. Чтоб не играли впустую, но под рукой лишь канат. Ветром лежу зацелованный, ковыль мне сегодня брат. Мой мир такой разрисованный, а здесь настоящий квадрат. Просто и необычно, быть в состоянии себя. Вот только мысли привычно, ищут тоскуя тебя. К чёрту прибой и ветер, море и солнца закат. Мне без тебя везде пепел, и я в состоянии мат.

Дразнит закатом вечер, на плёсах тишина. Раскинулась предплечьем красавица Двина. От дома взяв начало, идём в объятиях трав. Ты звёздам обещала, косу для их оправ.
И сумерки целуя, с тобою в ночь войдем. Из жизни смысл возьму я, для нас с тобой вдвоём.

Пусть каждому будет по праву,
Не лайте, не нюхайте след.
Найдите другую забаву,
И выбросьте весь этот бред.
Не вам, эта тайна открылась,
Не вам её объяснять.
И если душа оголилась,
Не смейте рядом стоять.
Носы свои укоротите, вам ими еще дышать. И руки делом займите, научитесь правду писать.
А если что-то поймете, не требуйте повторять. Стихи, как любовь на излёте,
их тоже больно рожать.

Надо бежать, небо стучится.
Тревожным дождём в окна и лица
Мне не успеть с тобою проститься
Холодный глоток, в руках вновь синица.
Кто объяснит моё направление, где
без метаний, одно лишь движение.
Встать в полный рост, когда свистят пули, где места не будет для сюсей-пулей.Чётко и внятно ответы давать, не унижаться и не вилять. И пусть отработан каждый патрон, здесь нет холостых или я, или он. Так разорвать, чтобы многим хватило, не блефовать, когда не фартило. Мягкость с трусостью не перепутать. Теплом, а не глупостью близких укутать. Хороший финал, но без Тарантино. И в титрах не я, директор картины. Надо бежать, ведь небо стучится… Поставить на ноль, и не ошибиться.

Ты кавер-версия, забытой песни дочь,
восставшее из пепла приложение. Хоть воскресить оригинал не в мочь, но можешь сделать на дорожке оживление.
Блеснув улыбкою, с зубами в сто рядов,
захватишь зал, в экстазе просветления.
.И станешь потрясателем умов, дробя аккордами чужие самомнения. Раскроешь чакры, двинешь мир ногой, есть множество душевных упражнений. А может пусть не хит, но всё же свой? Пусть без обложки, но из откровений.

Как хорошо. остались две страницы, захлопнется казенная тетрадь. Пусть выльются на них словами птицы. Долг отдан, можно больше не писать. Не пудрить мозг, своею небылицей, и чувствами протоки засорять. В каретах не раскатывать в столицах, и на балы девиц не приглашать. Не обижайтесь, я же не нарочно, мне захотелось с Вами помечтать. Из этой суеты я понял точно, раз люди любят, им не умирать

Что тебе в строчках моих, тех что выходят из сна. Ты скажешь просто-псих, доставший рукой до дна. Действительно, я достиг пределов падения во мрак. Твоих любовных интриг-осечка, ошибка и брак. Ты оторвала, что дал, главного не зацепив. Из жизни сделав абдал, из поминок аперитив. Но, я благодарен за всё, что ты не успела забрать. Оставив томик Басё и в памяти ёб твою мать.

У этого нет продолжения,
Это без боли болит.
Как будто езда без движения,
Как без еды аппетит.
Ночные в поту пробуждения,
родных озабоченный вид.
Раскольникова мучения, где ты за рубль убит.
Выводы в общем то верные,
не в обострении гастрит.
В этой беде вы не первые,
это любовь в вас хандрит.
Хочет наружу вырваться,
заполнить собою весь вид.
Устала она в душе' мылиться,
… показать весь текст …