Идите с миром, дорогуша,
Ни пуха Вам и ни пера,
Найдётся тот, кто будет слушать
Ваш вечный бред, пора, пора!
Прощайте, милая, довольно,
Ваш цирк наскучил и давно,
Мир видеть с Вашей колокольни
Увольте, узкое окно.
И гонор Ваш достоин смеха,
Уймитесь, прелестью маня,
Мадам, Вы пройденная веха,
Ступайте прямо, без меня.
В любом возрасте, обнаруживая в себе совсем не горькую человеческую отдельность, мы словно прикасаемся к вечности, которой никогда не узнаем на самом деле, пусть и растворимся в ней однажды.
Это отдельность собственной истории, абсолютно личных переживаний, никому не озвученных диалогов с собой, со своей памятью и с теми, кто остался в ней лишь на уровне бережно хранимых нами фрагментов…
Здесь нет того одиночества, которое ранит болью и надеется на скорое своё утоление, равно как и нет отказа о…
Горе, горюшко моё,
Чудо кареглазое,
Мы могли бы быть вдвоём …
Как живешь? Рассказывай!
Я к тебе ищу пути,
Леший, видно, путает,
Топи мне не обойти,
Боль моя ты, лютая.
Зацвела в саду сирень,
Облако душистое,
Я зову тебя весь день,
Да ответ не слышно мне.
Сердце ёкает в груди,
Представляю встречу я,
И отчего ты, дружок, поникший?
Все хорошо же, свободен, крут,
И нет заботы теперь излишней,
Влечений сердца ненужных пут.
Спокойно, тихо, не треплят нервы,
Опять же с лаской не пристают,
Отлично, правда? Твой выбор верный,
Ах, да, забыла, мозг не клюют.
Вот только ночью тоска терзает,
И чей-то облик спать не даёт,
Затихнет память, не хмурься, зая,
Наплюй на горечь, иди вперёд!
Скажи спасибо, тебя простили,
Вслед не кидали обидных слов.
В отсутствии отваги в настоящем
Зашкаливал процент людей болящих,
Торчащих в интернете день-деньской,
Не помнящих о радости мирской.
На лица прочно прирастали маски,
Да, в виртуале можно без опаски
Изобразить любое чудо-юдо,
Героя, несмышленыша, верблюда,
Плюющего во всех на всякий случай,
Бить первым однозначно, братцы, лучше.
С избытком обитало здесь тревожных,
Что ни скажи — о них, и точно ложно,
Истерика — любимая забава,
Им не мешали, есть на это право.
Она пахнет мёдом, полынью и мятой,
взгляд вычурно томный, в нём пляшут чертята,
Браслетик чудной обвивает запястье, смешной талисман, он приносит ей счастье.
Смеётся до колик и грома боится…
Твердит постоянно: «Не вздумай влюбиться».
Зовёт меня другом, нос морщит забавно, и делится всем, как сказать ей о главном?
С ней рядом тепло, бесконечное лето,
и я не в себе, я безумен, с приветом,
Мне чудится поле лаванды и море,
когда она рядом, я друг, я не спорю,
Но сердце сбоит, и ночами не спится, а голос её — голос сказочной птицы,
Мурашки по коже, когда она шепчет мне на ухо что-то, держи, боже, крепче.
Она пахнет солнцем, свободой и ветром, меж нами надежды моей километры,
Смешлива, любит топазы и бирюзу.
Город черным пятном на карте
То ли вырезан, то ли выжжен.
Кверху тянутся башни зданий,
В синий омут вонзая крыши.
Льются в венах дорог машины,
Пульс теряя в полосках зебр.
Каждый знает, куда он мчится,
Пусть он там и ни разу не был.
Некий улей без пчел и меда
Пышет дымом, жарой и летом.
Вздох таится в оправе ребер,
Шаг звенит на камнях монетой.
Люди тащат в руках усталость,