Наталья Дольникова

Я хочу сниться тебе каждую ночь… и мерещиться в каждой спине на улице, в транспорте, везде… Чтобы каждая песня тебе обо мне напоминала. Чтоб всех твоих знакомых девушек моим именем звали. Чтобы ты глаза не мог закрыть, потому что на изнанке век твоих образ мой. Чтобы ты был в ней, а думал обо мне. Чтобы вздрагивал каждый раз, когда тебе сообщение приходит. Чтобы все твои молитвы были только о том, чтоб прошло это наваждение в лице моём. Но оно не прошло бы… До тех пор, пока ты не пришёл бы сказать… «Прости». А самое главное я хочу чтобы ты знал… Я никогда никого не ждала так, как тебя…

Всё, что ни делается, — к лучшему, всё, что не делается, — тоже.*

Спасибо, что больше не жду…

* автор цитаты: неизвестен

Он мне писал:
-Я заболел тобою.
Покашлял пару дней, потом прошло.
Но если хоть чуть-чуть ты рецидивишь мною,
То приходи… я буду ждать.
Твоя никто.

Ты стал для меня табу, после того как исчез из моей жизни. Я старалась не задеть тебя даже краешком мысли… А теперь я шагаю по закоулкам своей памяти с гордо поднятой головой и ликую! Я сделала это! Я всё-таки тебя пережила… И это достижение стоит того, чтобы занести его в книгу рекордов, ведь забыть было стократ сложнее, чем встретить. Не знаю зачем мне послали тебя, но меня явно любят проверять на прочность. Разве так можно… Подарить, а потом отнять. Жизнь никогда не играет по правилам. Она их устанавливает, но, вот беда, забывает уведомить об изменениях. Твоё имя должно было стать указателем дороги к счастью, а стало синонимом к слову боль. Но боль проходит… И ты прошёл.

I Win!

Я запирала моих птиц в грудной клетке. Ты тайком расставлял силки и уговаривал меня отпустить их на волю. Убеждал, что в пределах нашего неба они будут в безопасности, зная… их ждёт верная смерть, если я дарую им свободу. Но ты так виртуозно играл на своём манке, источал такие прекрасные трели, что птицы забились в радостном предвкушении расправить крылья и взлететь… И я открыла клетку…
Я ходила по маленьким трупикам, плакала прижимая их к груди и нежно гладила липкие от крови пёрышки. Если бы я только знала, чего будет стоить им этот первый и единственный полёт… Как ты мог их убить? Как могла я не увидеть, что небо совсем чужое… Оно никогда не было нашим… А ты всегда был тем, за кого я тебя не принимала. Охотником… Безжалостным охотником, который пришёл только затем, чтобы убить моих птиц.

Я больше никогда не буду их разводить…

Расставаться — это как подписать смертный приговор… Себе… Своей же рукой! Это лежать и корчиться в агонии зная, что спасение всего лишь в нескольких цифрах… И стоит только написать тебе пару строк или позвонить, ты придёшь чтобы вернуть меня к жизни. Но я не звоню. Я позволю себе умереть. Потому что без тебя плохо, а с тобой ещё хуже.
Расставаться — это как подписать смертный приговор… Своей же рукой… Тебе… Любимому человеку! С абсолютно равнодушным лицом, в то время как внутри всё сжимается от боли. Повернуться к тебе спиной, когда твоя душа стоит на коленях. Растоптать все твоимои мечты и наложить вето на будущее вместе…
Но, чтобы отказаться от роли жертвы, я вынуждена стать палачом…

Прости…

У тебя болела душа когда-нибудь?
Когда эту боль ощущаешь физически…
Когда вокруг четыре стены и страшно панически
И мысли рисуют картинки на потолке.
Когда в железных тисках раздавило лёгкие,
И вот ты лежишь… не вдохнуть… не выдохнуть…
И крылья сломаны, из оков не выпорхнуть,
Но пульс отмеряет биение сердца в твоей руке.
Когда новый день встречать не хочется,
И давит на плечи твоё одиночество,
Да к чёрту, судьба, все твои пророчества…
Ты знаки и нити свои путеводные забери…
Какая ты всё-таки тварь безбожная!
И вот уже помощь в пути неотложная…
… показать весь текст …

Я не знаю где ты… Я больше тебя не чувствую. В тот миг когда с твоих губ сорвалась очередная ложь, моя душа сплюнула тебя на пол и отвернулась. Тебя больше нет во мне… Ты снова пытаешься влиться в меня тонкими струйками. через глаза, рот и клетки эпидермиса. Но я так часто болела тобой, что у меня уже пожизненный иммунитет. Ты опять соврал… Доверие, не единожды переклеенное, разлетелось вновь. Осколки впились во все внутренние органы. Но парадокс в том, что мне больше не больно… Нет злости, ненависти, нет ничего. Внутри спокойно и тихо… И от этой звенящей тишины заложило уши. Я больше не слышу как ты стучишься обратно, твоих призывов и извинений… Тебя больше нет в моём воздухе, и я не буду тебе молиться, если я в тебя не верю. Там где кончается вера — начинается ад. И я спасаю тебя, и себя… Прощай…

Я подхватила этот вирус в баре. Такой высокий, голубоглазый вирус с невероятно обворожительной улыбкой. По ушам бил визжащий дисторшн, вокруг вовсю кипела rock life. Но в тот момент, когда наши глаза встретились, время остановилось. Исчезли люди, музыка всё затихала и затихала, а потом совсем отключилась, как и моё сознание. Сердце неистово стучало и наполняло грудную клетку оглушительным гроулом: «ЭТО ОН!». Я, атеистка в вопросах касающихся любви с первого взгляда, вдруг свято поверила в неё! Н…
… показать весь текст …

Да сказано было в словаре Ожегова, что совесть — женского рода. А как любо говорить мужчинам иным «послушай женщину — и сделай наоборот». Потому идут они наперекор её голосу, и получают даже удовлетворение моральное тайное (а иногда и физическое) от ослушания её. Так остерегайся ты мужчин тех, кто ни во что не ставит мнение совести своей, и женщины своей. Да будут они наказаны за несоответствие должному, и извращённым понятиям о бытии своём одиночеством, до тех пор, пока не узрят они истину предназначения своего. Да возлюби ты мужчин достойных и правильных, тех кто самоутверждается в приличествующих Настоящим мужчинам сферах, а не за счёт принижения али ущемления своих женщин. И ныне, и присно, и во веки веков. Аминь.

Казалось бы точка давно поставлена, но вот появляется ещё одна. И ещё. И ещё. И потянулась череда многоточий… Казалось бы мы давно пошли разными путями. Казалось… Но было иначе. Я осталась стоять там, прикованная к прошлому стальными цепями обид, под тяжестью которых я всё ещё не могу дышать. Они душат, душат, душат… И только ты можешь меня освободить. Но ты не только отказался это сделать, а даже не захотел. Ты не слепец, нет. Ты намеренно закрываешь глаза, чтобы не видеть творение мыслей, слов…
… показать весь текст …