Nonstop

Мария на сносях, метель не устаёт, начесывая пух для светлого младенца, и лампочки висят в вертепе, и проём оконный золотист, как чрево нашей детской. И мы внутри сидим, укрыты от невзгод, и твёрдый шоколад молочными зубами грызём, как толщу льдин грызёт грядущий год, растущий из воды над озером за баней. И пахнет мандарин, взрывающий для нас на чутком языке живительные соки, и мы сидим внутри — уже который час? И знаем, из чего обычай часа соткан. Проходит столько лет, но, преданы земле, мы все ещё следим, как воск плывет и тает, и кактус-декабрист на маленьком столе из глиняных тисков спасается цветами. Блажен, кто на совет нечестных не идёт, и на пути не ста, с губителем не седе. Извечный зимний свет рождён и обретён, и запечен в пирог, и ртом беззубым съеден.

давай, будто мы с тобой не случайные встречные,
и не в панельном, а в объятиях прибоя,
выдадим временное за вечное,
маленькое за большое.
;
отомстим серым будням
зуб за зуб, око за око
и нам никогда не будет
больше так одиноко.
так одиноко.
;
давай, будто мы с тобой никогда не простимся,
на этом пыльном перроне.
подростки спят и мы просто им снимся
… показать весь текст …

как холодно без тебя тут
и небо не красится в синий,
я будто в вокзальном таком переходе.
любовь не ищут, её ждут
и если ждать очень сильно —
она приходит.
;
и в этой темной реке ты только ко мне плыви,
отразись со мной в миллионах зеркал,
я до сих пор не знаю ничего о любви,
но я так, так тебя ждал.
;
…
;
… показать весь текст …

Если ночью бесснежной пропойца-ноябрь умрёт
и с веревкой на шее желанный покой обрящет,
я насмешливо сплюну
и выдохну вслед:
— Зачёт…
Ну хоть в чём-то ты сбылся реальным и настоящим…

Пусть на лестничной клетке в пустотах земных прорех
мы давно разминулись, едва различая лица…
Ты спускался во тьму,
я задумчиво шла наверх
и не смела помыслить, что стану твоим убийцей…

Просто медленный шаг отдавался тоской в висках,
… показать весь текст …

смеется в бокале мерло,
вьется судьбы паутина,
вокруг все белым-бело
словно зимой равнина.
;
нам предстоит найти ночлег,
а в нем касание твоей кожи,
ты словно первый ноябрьский снег —
ни на что не похожа.
;
казалось все песни уже пропеты
и что дальше — стабильно ненастье,
но вокруг такое огромное лето,
а во мне такое простое, но счастье
… показать весь текст …

ты умер задолго до первых своих рождений
лежал в девяностых в ташкентском осеннем сквере
под слоем земли,
но потом заскучал.
поднялся…
стряхнул с себя пепел
размял позвонки и пальцы
пошёл по ночному городу за трамваем
уснул на галёрке
проснулся на «привокзальной»
ужом безбилетно нырнул в проходящий поезд
спустя трое суток
втемяшился в мегаполис
сорвался с подножки — тебя подцепило миной
… показать весь текст …

(с)нежность наших тел
*

Мы там бывали. Глаз не опуская,
для памяти, что вечности не жаль.
Под звуки опоздавшего трамвая,
мой сонный город, вспыхнув, задрожал.
И мимо шли не люди, чьи-то тени:
а снег всё падал, гасли фонари.
И, засыпая, комнаты пустели,
прислушиваясь к холоду внутри.
Затихло всё: от голоса до стона.
Протяжное молчание афиш
сгущало краски прошлого пустого,
… показать весь текст …

Вновь рой бродячих слов
мою сжигает душу.
Владеет головой,
рождает непокой.
Единственный рецепт —
их выпустить наружу.
И уложить на лист
спасительной строкой.
А строки те растут,
как ветви у растений —
Их рубишь, а они
растут упрямо вновь.
Плоды горячих чувств,
рассудочных сомнений,
… показать весь текст …

нам бы месяц ещё продержаться, а там уже будет легче:
в разноцветье оденется город, вспыхнут стеклянные свечи,
небо вытряхнет мелкую пудру из тучного зимнего брюха,
и повеет забытым теплом
от румяных родительских кухонь.

будет запах корицы и сдобы, и, конечно же, мандаринов,
мишурой начинят магазины и кудахчущий праздничный рынок,
и невидимый дедушка М. разрисует окно чем-то синим…
нам бы месяц ещё продержаться —
и развеется морок рутины.

каждый год возвращается детство из мутности воспоминаний,
оживают игрушки на ёлке, повторяются шутки про баню,
… показать весь текст …

Помолись за меня, мой Свет, у Господа тонкий слух — он твой голос узнает из тысячи голосов. Снег не тает на мертвой траве уже много лун, город каменный, но невидим и невесом. Помолись за меня, мой Свет, я иду ко дну, если есть это дно у асфальтовых темных рек. Не прошу вернуться и не прошу вернуть, рассказал бы сам, но, видно, теряю речь. Я бы мог, как и ты, заходить в этот божий дом, ставить тёплую свечку под старый суровый лик, я во все нынче верю, только в себя — с трудом.
Прах от праха,
глина,
чёрная соль земли.