правда моя — неистовая, больная —
мечется, прячется где-то за занавеской.
я ничего совсем о тебе не знаю,
кроме твоих кошачьих повадок резких.
кто же ты, моя призрачная богиня:
хрупкая сакура? девочка-хулиганка?
мне с тобой и не выжить, и не погибнуть,
пристальным взглядом вывернешь наизнанку
всю мою душу, хоть её нет в помине,
всё моё эфемерное прежде сердце.
ты меня любишь с риском опасной мины
и в то же время с ласковостью младенца.
кто ты мне, моя девочка штормовая,
любящая играть с остриём…