Nonstop

не корми своего ненасытного тамагочи
здесь уже никто не живёт
никого не хочет
здесь одиночная камера пыток тел без теней
место для реставрации и анимации
не людей
где на стене плача рисунок детский засвечен
палка палка огуречик когда-то был человечек,
а теперь ни запятой не осталось ни точки
только глупый мем
раскрученный тамагочи
который запрограммирован на то что помнит
о том кто приходит за ним с попкорном
и по роллексу сверяет солнечные часы
… показать весь текст …

Мой король! Силы кончились. Год -колесом — на исход.
Льется в теплые крыши с зимы накопившийся сумрак.
Под чертой, мой король, — я не ведаю, как вас зовут.
Мой король, мне придется (придется!) вас просто придумать.

Мой король! Мне не нужен ни кованый трон, ни престол.
Пусть не на коронации — в кружеве пышной постели
С вензелями по ГОСТу, состав — стопроцентный котон,
Вы шептали бы мне: «Я люблю вас, моя королева!»

Мой король! Принцы челядью Гиннес лакают в кустах,
Разбавляют ячменной мочой королевские крови.
Мой король! Вас в реторте не вырастить, не заказать
Бандеролью бесценной из-за тридесятого моря.
… показать весь текст …

В уголочках глаз —
целый хор чертей,
ты грустишь — и он с нот сбивается,
я б сберёг тебя
от хандры твоей,
пусть она до слёз обыкается…

я б сберёг тебя,
я б тебя хранил
от тревожных снов, от бессонницы,
от дотошных жаб
и собачьих рыл,
что обутыми в душу ломятся…
… показать весь текст …

крестила река туманами
дыханье ночной земли
симфонию трав духмяную
вплетала, а людские сны,
а звезды крошились росами
спускаясь по нитям трав
ступали на землю босыми
сгоняя ветра с дубрав
…на окнах прикрытых шторами
дремал -ворожил июль
про то комаришки спорили,
а он даже в ус не дул…
…луна прокатилась в облаке
любуясь своей красой
… показать весь текст …

Нынче привычно выставлять напоказ личную жизнь, как в витринах амстердамских под красными фонарями, где циничные дамы-труженицы постели застыли с безразличной личиной в окружении зевак праздных.
Мы пребываем в разных состояниях тела, ума и духа, задыхаясь в бетонных тисках городских магистралях, переездах и виадуках, знакомых до оскомин маршрутах, жизнь на автопилоте, почти без воздуха, где каждый проходит одни и те же этапы, от первого истошного крика в лапах роддомного эскулапа до тихого благ…
… показать весь текст …

Впервые в жизни вырвавшись из плена
Московской трёшки на ВДНХ,
Жена и мать — Суворова Елена —
Приехала на море отдыхать.
.
Но мысли ее были напряженны
Невыносимо, до паралича,
Когда другие матери и жены
Неправильно воспитывали чад:
.
Они не так кормили и купали,
Давали нюхать красное вино,
И постоянно что-то покупали
В отеле, где всё было включено.
… показать весь текст …

Император

Помню —
то ли пасха,
то ли —
рождество:
вымыто
и насухо
расчищено торжество.
По Тверской
шпалерами
стоят рядовые,
перед рядовыми —
пристава.
… показать весь текст …

Ночь

Багровый и белый отброшен и скомкан,
в зеленый бросали горстями дукаты,
а черным ладоням сбежавшихся окон
раздали горящие желтые карты.

Бульварам и площади было не странно
увидеть на зданиях синие тоги.
И раньше бегущим, как желтые раны,
огни обручали браслетами ноги.

Толпа — пестрошерстая быстрая кошка —
плыла, изгибаясь, дверями влекома;
… показать весь текст …

Все, что кажется важным, — рассыпется в прах и пепел, только это я при встрече и повторю нам. Мы плывем не за тем, что ты видишь в прибрежной пене (кстати, что ты видишь утром в прибрежной пене? Города, мосты, причал, рыбаки, ступени), мы плывем не за тем, что смертные прячут в трюмы. Все, что строится извне, останется только частью, не коснувшись тех, в ком есть глубина иная. Мое тело огромно, и волны в меня стучатся (кстати, что ты знаешь о тех, с кем идёшь встречаться — бортовой журнал, штурвал, имена причастных?)

Мы плывем, Господь нас морем запоминает.

В осуждении чужой безнравственности всегда просвечивается собственная