Nonstop

В условиях коварства и вражды,
Где каждый тянет собственную лямку,
Иди на свет и возводи мосты.
Мир ближе к тем, кто сердцем наизнанку.

В ключе невосполнимости потерь
Включи свою запуганную душу.
Тебя ещё не вырвало с петель.
И крест твой цел, и купол не разрушен.

Под бременем стихий и неудач
Держи удары стойко и серьёзно.
И знаешь, если хочется, поплачь,
Представим, это дождевые слёзы.
… показать весь текст …

Я решила сбежать…
Просто знаешь, взяла и решила!..
На фиг, к черту, послать!
И начать все с начала!
С нуля!
Все!-
Лети самолет…
И несись, аки птица, машина!..
-Эй, рубите концы! Поднимайте наверх якоря!..

Пусть дождем размывает мой след, я в обиде не буду!..
Заплутавший ямщик песню ветра подхватит как встарь
Грусть, тоскует в печали —
-Не взяли, забыли… эх, люди…
… показать весь текст …

время быть первым. время быть.
время успехов, удач, побед.
ты — многократно сильней судьбы,
значит сбываться теперь — тебе.

время бороться, идти вперед.
напропалую, без лишних дум.
время, мой милый, совсем не ждет,
а вот свершенья, быть может, ждут.

время быть честным, рубить с плеча.
если ошибка — потом сотрем.
время прощаться, порой — прощать.
если все так — значит мы живем.
… показать весь текст …

Что откровеннее печали?
Наверно все же только радость
Скрывать ее я не пытаюсь
Смотри!
Улыбка до ушей…
В глазах зеленых, пляшут звезды…
А в глубине пылают росы…
И солнце, падая на косы
Щекочет, словно гладит тень…
Повсюду запах медоносов
И сладкий, — молока и воска…
Но, сердце рвется, чтоб с откоса…
Сбежать к реке и крикнуть-" Ааа!"
Чтоб эхо, даже испугалось
… показать весь текст …

Читай мою нежность в сплетении алых наречий
Старайся впитать каждый стон до озноба мурашек.
Озвучивай имя дыханьем так жаждущий встречи
Вложи многолосье любви в безнадёжные фразы

Черти островки- треугольники жгучих желаний
Стараясь во мне возбудить ожиданье атаки…
В предутреннем свете, придумай для нас оправданье
Наивнее первого снега …
Строкой на бумаге…

Из письма М. Цветаевой Петру Юркевичу: «Мне не нужно любви, мне нужно понимание. Для меня это — любовь. Я могу любить только человека, который в весенний день предпочтёт мне — берёзу. Это моя формула»

Из письма М. Цветаевой Пастернаку: «Мой любимый вид общения — потусторонний — сон, видеть во сне. А второе — переписка»

Рот как мед, в очах доверье,
Но уже взлетает бровь.
Не любовь, а лицемерье,
Лицедейство — не любовь!
И итогом этих (в скобках —
Несодеянных!) грехов —
Будет легонькая ст…
… показать весь текст …

Если утром — один, то к обеду — другой. В чемодане полно разновидностей лиц.
Нужно лишь понимать, что за свора зевак — либо топчешь их сам, либо падаешь ниц.
Например, примеряешь себя, как пиджак, и, раскланявшись всем, ожидаешь похвал.
И, быть может, сегодня в попутных ветрах, наконец-то поймешь, где искать свой причал.

Самый страшный кошмар начинается с «я», если снова ошибочно сядешь на мель.
И ветра, столь попутные в беглом «вчера» замолчат, покидая твой дом и постель.
Растворятся слова, что привыкли звучать, и тогда, захлебнувшись своей тишиной,
Понимаешь, что ты — не набор «сделай сам» для того, кому скучно заняться собой.

Настоящее «я» — не в оправе зеркал, не в листве дневников и не в блеске наград.
Не найдется оно ни в чужих похвалах, ни на фото, что тянут вернуться назад.
Настоящее «я» ты найде
… показать весь текст …

Он умел пробираться под кожу… как сильнейший наркотик, как яд.
Целовать мои губы до дрожи, чтоб дыханье могла задержать.
Он умел мою совесть к подножью. А себя снова на пьедестал.
Он меня добивал своей ложью… и в тисках моё сердце держал.
Он умел моих бабочек в душу, повинуясь ему, запускать.
Одним словом, что он мне так «НУЖЕН» — заставлял их без крыльев летать.
Он умел меня трогать руками, нажимая запретные «Play «,
И когда мы сливались телами. Он рычал ещё громче, чем зверь.
Он умел, словно тень, надвигаться, он выслеживал каждый мой вдох.
Он хотел со мной просто сражаться и проигрывать точно не мог!
Он хотел мою жизнь всю всецело.
Чтобы только его навсегда.
Он мне вирус впустил в моё тело,
Чтоб не бросить его никогда…

как он говорит, будто холод с пламенем,
как он смотрит дерзко, тепло и пристально.
всё, что с ним, настолько легко и правильно,
непреложная и святая истина,
что не можешь ты сомневаться в чём-нибудь,
разве что в реальности происшедшего.
вот была в сталь жёсткую заточённая,
а теперь ты слабая, просто женщина.
а теперь ты вся состоишь из нежности,
от которой воздух электризуется.
наберёшься мудрости, только прежде с ним
насладитесь глупостью и безумствами.
обо всём забыть, кроме, разве, имени —
мир теряет чёткость и равновесие.
… показать весь текст …

Как здорово, что всё не упирается в любовь —
иначе кем бы мы друг другу стали?

Две пыльных статуи на ветхом пьедестале, два ангела из стали, две медали.
Мне кажется, мы до смерти устали друг друга убивать наперебой.
На перебор заходят две строки: как хорошо, что мы больны не нами,
что мы больны не нами и легки, как новое, как песня, как цунами.
Как те, кто никогда и не узнает, как тяжело однажды стать таким.
Как правильно не дергается бровь от прошлых писем, показных поступков.
Как хорошо, что абоненты недоступны,
и свет весенний где-то в трёх минутах,
где нас найдет взаимная любовь.