Татьяна Рэйн

льётся дождями по крышам осенний плач.
морось колюча, ветер тревожит окна.
кутаюсь в кофты, кутаюсь в тёплый плащ,
чтобы не заболеть, от дождя промокнув.

плечи дрожат, но от холода ли они
потяжелели, ссутулись. будто что-то
давяще, но незримо лежит на них.
(ВУЗ и работа, дети и быт)

в субботу

бросил мужчина.
просто ушёл, сказав
… показать весь текст …

выходишь из дома одна в предрассветную синь,
туманные скверы — холодное молоко.
не видно ни лиц людей, ни тяжёлых спин,
одно только небо — зажжённый лучом восток.

шагаешь по первому льду, он слегка хрустит,
он тонок, прозрачен, ломается под ногой.
идёшь, в голове звучит твой любимый стих,
ты дышишь душой, открытой своей, нагой,

ты чувствуешь, что свободна теперь совсем
от лишних эмоций, от боли и суеты.

дожди-листопады,
… показать весь текст …

От инженера ушла жена,
Взяв чемодан и пальто под мышку…
Жизнь была так налажена, —
И вдруг — трр-рах! — и крышка.
Один ложишься, один встаешь.
Тихо, просторно… и горько!
Никто не бросит чулок на чертеж,
Никто не окликнет: — Борька! —
Не с кем за чаем в уголке
Поссориться и помириться.
Никто не погладит по щеке
И не заставит побриться…
От инженера ушел покой
И радость с покоем вместе.
… показать весь текст …

день догорает и валится за горизонт,
небо чернеет, луну одевая в тучи.
полночь порадует молнией и грозой,
будет дышаться гораздо свободней, лучше.

ты простоишь у окна, собирая в горсть
капли холодного ливня, как будто слёзы.
все, что мешало — ушло.
и обида, злость
больше не тянут сердце.

какой же воздух.

свежестью веет, осенней, такой родной,
… показать весь текст …

молча стоять, улыбаться, кивать, смотреть,
как обнимает он трепетно не меня.
помнить до мелочи — ночи, сплетенье тел,
проникновенные строки интимных клятв.

взглядом столкнуться, чувствуя соль в глазах,
выпить до дна, поставить на стол фужер.
быстро, под крики «горько» покинуть зал.
стать окончательно просто одной из жертв.

дальше банально и глупо.
хранить печаль.
каждый раз встретив его, убегать домой,
плакать, кричать «одиночка, ничья. ничья».
… показать весь текст …

Они изменяют нам. Изменяют, пока мы ходим по магазинам. Пока мы работаем, пока отдыхаем. Они изменяют нам, пока мы едем домой. И, если вы думаете, что застав его в постели с другой, вы спросите: «Почему? Как ты мог?»
Вы ошибаетесь.
Единственное, что вы спросите — это «Опять?»

он уходит обычно в шесть, закрывает дверь,
перед этим её целует тихонько в лоб,
у него впереди рабочий тяжёлый день.
и жара 39 как будто ему назло.

он звонит ей в 12, в единственный перерыв,
говорит, что скучает и ласково «как дела?».

две недели назад случался последний срыв —
восемь дней как она не ела и не спала.

она утром встаёт и квартира — пустынный холл,
никого в тишине, в белизне этих чуждых стен.
… показать весь текст …

а вокруг эти сотни усталых и сонных лиц,
беготня бесконечная, шумно, толпа кругом,
на обед — сигареты и кофе, плюс пара пицц.
половина из нас и не помнят, что значит дом.

я в маршрутке забитой еду, глаза закрыв,
за её пределами — город, большой и злой.
я полна равнодушием.
\слой из сухой коры\
мне опять в этой жизни серой не повезло.

я живу в муравейнике, несколько сот квартир,
а за тысячи километров есть лес и сад,
там другая погода, там мама, там дивный мир,
… показать весь текст …

раньше темнеет.
холод гораздо чётче
чувствуется, когда наступает вечер.
тикает время, летний мотая счётчик,
осень вот-вот обнимет тебя за плечи.

осень вот-вот войдёт и неслышно, мягко
ляжет к ногам узорным листком кленовым.
дом твой наполнит запахом свежей мяты,
сердце остудит.
ты будто станешь новой.

будешь одна гулять, восхищаться лесом,
и акварельным небом себя наполнишь.
… показать весь текст …

у старой ведьмы пусты глаза,
устали руки, болит в груди,
но нет такого, чего не знать
она могла бы,
не находить.

она все помнит, ей было семь,
когда в лесу заплутала в ночь,
её колдунья нашла в росе —
«отныне ты мне слуга и дочь»,

с тех лет в избушке жила в глуши,
сушила травы, грибы и мох,
а вечерами садилась шить
… показать весь текст …