Eugeniya

Желанною была, теперь чужая…
За что ж судьба наказывает злая?
А может, в этом есть моя вина,
Любовь испить не удалось до дна…

Да только лишь тебя не предавала,
Стрелой сама израненная пала…
Простить, подняться — не хватило сил,
Ты ж не меня, мою любовь любил…

Когда уходят из семей мужья,
Надеяться на счастье было б зря.
Уничтожая чей-то мир родной,
Не привнесут они его в чужой.
Счастье же тех не ведает дорог,
Где совесть заслонит собой порог.

А в жизни нужно полагаться только на себя —
Упала, поднялась и вновь к мечте пошла.
Возможно, не так быстро будет всё происходить…
Но если жизнь дана — её надо прожить.
И слякоть свою горькую оставив на вчера,
Вперёд с девизом: «Это я пережила!»

— Христос воскрес! — Звонят колокола.
— Воистину воскрес! — Возрадуйся, земля.
Твой сын за нас свою жизнь отдавал,
Чтоб люд мирской мук меньше принимал…

Лишь сомневаясь к истине придёшь,
Решенье правильное только так найдёшь.
А всё на веру токмо восприняв,
Как часто ты оказываешься не прав.

Мир разрушать нельзя — запомним навсегда,
Чтоб в дом внезапно чей не ворвалась война.
В покое времени нам хватит всем с лихвой,
Чтоб выяснить: кто плох, а кто совсем плохой.

Справедливость измеряется на миллиметры…
Только так добро сегодня побеждает зло.
Честности законы очень редки, стали ветхи…
Жизнь однако может к правде прорубить окно.

Часто добро без имени бывает,
А зло спешит своё названье получить.
Добро всегда живёт и процветает,
Зло безымянное торопятся забыть.

Туманным утром, в доме, полном счастья,
открыть окно в берёзовый лесок!
А мокрый ветер бьётся вкруг запястья,
как пойманный замёрзший голубок.
Хмельные сквозняки, что по весне
приходят от заплаканного тала,
пронзили шёлк халатика на мне
и в рукава насыпали фиалок.

В очевидное всегда труднее верим,
Слухам отдаваясь напрочь и загадкам.
Перед истиною закрываем двери,
В фальши утопая сладкой без оглядки.