В мотивы пьесы втиснута тоска,
ЗалИт сюжет осенне-желтой боли.
И мАнит ложною интригою канва,
И мы вдвоем в ней проживаем роли…
Ты говоришь, что это лишь игра,
Что мы с тобой — в любви громоотводы,
И в реку жизни слИлись наши воды
До бифлуЕнции, до самого конца
Случайной пьесы неба — драматурга,
До серой осени безжалостных кулис,
Когда судьба привычкою хирурга
Разрежет нАдвое. А, может, все ж на бис