Александр Архипов

Каждый ищет своё: один ищет то, что отвлечёт; другой — то, что поможет решению. И уже как следствие: один снова захлебнётся в иллюзиях, другой — преодолеет и снова начнёт дышать.

Не переусердствуй с образом, ибо эта истина стара как мир — чем больше благочестия снаружи, тем больше бесов внутри.

Люди видят поступки, а Господь — побудившие их мотивы. Перед людьми не трудно оправдаться, а Господа невозможно обмануть. Люди смотрят на очевидные последствия, а Господь заглядывает в глубину сердца.
P. S. Краткий путь в преисподнюю начинается в тот самый момент, когда ты решаешь предать тех, кто тебя любит.

Не знаю что хуже — ежедневно сочинять пошлости или живо на них откликаться. Хотя и в том, и в другом случае наличествуют одни и те же симптомы — глупость, инфантилизм и латентные проблемы в личной жизни.

То обстоятельство, что Опыт рассеивает Иллюзии ещё не означает, что он автоматически погружает человека в Мудрость.
Кроме развенчанных грёз необходима Трансформация Сознания. А для некоторых, увы, Знания Фактов так и не становится Пониманием их Сути.

Бывает ли, что ревность — в меру? Некоторым кажется, что бывает. Не замечая в своей размеренной и налаженной жизни ревности, они даже не прочь дать ей небольшой повод. Но то, что происходит потом, как правило, заканчивается катастрофой.

Всё дело в том, что ревность — это априори червоточина. Она прячется под маской любви, она именует себя страстью, хотя поначалу даже кажется что именно ревность добавляет остроты…
Но потом всё меняется и ревность вырастает до паранойи. Она заполняет всё простр…
… показать весь текст …

Жизнь — ристалище, художник — гладиатор, публика — кровожадное существо, неизменно поворачивающее свой перст вниз — на песок арены.

Поэт не ждёт вдохновения, он просто прожигает жизнь. Вдохновение — это побочный эффект.

Молодые не верят, что жизнь пройдёт; пожилые знают — она не возвратится.

Заглядывая в души своих героев, автор смотрит в души своих читателей. Читая книгу, читатель смотрит в душу писателя. И в этом смысле литература похожа на религию — тут тоже всё о душе.

Не уговаривай других и не отговаривай себя.

Великие не акцентируют своё величие. Они просто живут интенсивнее других и интересуются Вечным.
Другое дело, тщеславные, знаменитые и оттого — ужасно претензионные. Обычно их жизнь тратится на две вещи: отчаянная самореклама и поиск фанатичной паствы. Благо, слепцов, жалающих идти вслед за другими слепцами в этом мире, хоть отбавляй.

Нельзя остановить время, но можно просыпаться и дышать — уста в уста.

Сегодня в мире около 8 миллиардов душ. Тем не менее, тебе по-прежнему нужен всего один человек, утверждающий, что ты — бесценен, желаем, незаменим. Всего один человек, понимающий, что ему больше некуда спешить, суетиться, пробовать насытиться неверностью, которую многие теперь называют разнообразием и свободой. Всего один человек, дающий ощущение родной пристани, любви и покоя.

Лучшая в жизни роль — исполнять самого себя. В этом случае ты не зависишь ни от суфлёров, ни от режиссёров, ни от декораций. И единственный свет, который тебе нужен — это свет идущий изнутри.

Красиво — это когда искренне, а не смазливо. Доброта — это когда наперекор злу, а не под настроение или тем более — корыстно. Мудро — это когда поучительно, а не очевидно.

Увядание тела неизбежно. Высыхание ума — дело личного выбора.

Очень многое создаётся «когда не спится». Жизнь художника — вечная бессонница его сердца.

Мы способны чувствовать. Мы способны думать. Вот бы ещё обрести способность делать и то, и другое — одновременно.

Самое страшное в жизни писателя — отнюдь не обилие критиков вокруг, а отсутствие редактора — внутри.