Ольга Лав

Только один человек меня понял; да и тот меня, по правде сказать, не понял.

Где ты сейчас, далёкий,
Прежний, совсем чужой
Вот я пишу эти строки,
И образ твой предо мной
Я вижу твой профиль тонкий,
Но разве ты можешь знать
Что гордой одной девчонке
Тебя суждено вспоминать.
Что долго она не забудет
Тепло твоих светлых глаз,
Улыбка твоя, твои губы
Припомнятся ей не раз
Что даже если она встретит
Когда-нибудь счастье своё
… показать весь текст …

Однажды ты вспомнишь меня, вспомнишь мою улыбку. мои привычки. то, как ласково называла тебя. то, как старалась готовить тебе каждый день разные блюда. то, как ждала тебя с работы и радовалась как ребёнок твоему появлению. вспомнишь цвет моих глаз и мой запах. и скажешь себе. какой же я дурак, что ее потерял…

я могу угадывать цвет твоего белья под брюками
и количество выкуренных тобою за пол дня сигарет,
а еще я обнаружила, что могу рыдать сутками,
когда тебя нет.

Ничего уже не страшно и ничего уже не чувствуешь… когда душа умерла… и сердце разбито…

Я никогда не думала, что в моей душе столько любви. Пока тебя не встретила.

этот мальчик сгибает локоть
и запускает пальцы в свои волосы.
я вижу под его кожей рук
длинных вен полосы.
он прикусывает губу
и закрывает глаза,
и я знаю наперед,
чтобы он не предложил мне сегодня,
я за.

Мне никогда не нужны были и не нужны будут слова, чтобы понять тебя.
Ведь ты — часть меня. ТЫ — моя жизнь, и я живу тобой.

К одиночеству можно привыкнуть, вот отвыкнуть от него сложнее. Особенно, когда не ждешь никого и уже не веришь, что появится человек, которому можно уткнуться носом в щеку, отключившись от реальности.

Когда ты безгранично веришь человеку, то готов спиной упасть в его руки. Это такой психологический прием.
И когда я падала, ты просто отошел в сторону.
И я упала.
Упала всем своим сознанием, всей своей кричащей, задыхающейся в собственной эйфории, любовью.
и теперь я лечу спину и сердце
Спину — от синяков и боли.
Сердце же — от тебя. От твоего присутствия в моих мыслях.
И хочу заметить, что спина не болит. В отличие от сердца.

Он: Так приятно уснуть с тобой в одной кровати после ссоры.
Она: И проснуться одному в запертой горящей квартире.

Почитатель — это тот, кто вас ещё читает.
Прочитатель — тот, кто у вас всё уже прочитал.
Причитатель — тот, кто прочтённое понял.

Последнее слово всегда должно оставаться за мужчиной… и оно должно быть: «Конечно, Любимая!»

Чувство — это такая штука, которая, однажды умерев, навряд ли воскреснет.

— В чем разница между мной и небом?
— Разница в том, моя любовь, что, когда ты смеешься, я забываю о небе.

И просто потом поймёшь, что она одна такая,
Ну, а пока череда слов и всё чаще её обижая.
Маленькая? Ну и пусть. Зато твоя навеки.
Страшно? Ты трус. Проколы считают на небе.

Знаете что, нет ничего нежнее слов «Иди сюда», сказанных полушепотом. Всё.

Мне б в него укутаться
В шальной нежности запутаться,
И так в объятьях разогреться,
Чтоб захотелось мне раздеться!

Знаешь, я почему-то вечно верю тебе,
утопая в твоих ласках,
Сама горю на том огне,
но это ведь не сказка.
Я обжигаюсь вновь и вновь,
В чужих объятьях забываюсь,
ты мне пришлёшь «я только твой»
я губы в кровь вновь превращаю,
Ведь ты не нужен мне, возможно,
я не хочу к тебе, кричу,
а сердце дробью отбивает,
я вылечиться от тебя хочу!

Ссоры уместны лишь тогда, когда люди неравнодушны к друг другу.