Люблю, когда стихают голоса,
все споры и суждения о мире,
все знания, которым нет конца…
И остаётся в чистоте эфира
бескрайняя, как небо, тишина…

Не страшен зимний гололед
И иней на твоих ресницах.
Опаснее на сердце лёд
И равнодушие на лицах.

У нас было счастливое детство — мы не знали памперсов.
Так выпьем же за то, чтобы не знать их и в старости!

Стареют люди так же, как и вещи,
В действительность внося различный вклад.
С годами кто-то рухляди похлеще,
А кто — винтаж и антиквариат.

Прежде чем учить других, как жить, наведите порядок в своей жизни.
А если вам кажется, что у вас всё хорошо, то вам это и правда кажется.
У кого всё хорошо — к другим не лезет.
Спокойная душа — других спокойствию учить не будет
— пока её об этом не попросят.

Тай Ночка

Юрий Войтенко —
Мастер комплиментов.
Чуть-чуть добавил макияжу,
Душой не покривив ни разу.

И пусть фрагменты уважения
Нам поднимают настроение.
Коль ты немного покраснел —
То комплимент тебя согрел.

Приятные мгновения
Дарите без сомнения
Всем без разбора и подряд
Без ожидания наград …
… показать весь текст …

Вот и город. Первая застава.
Первые трамваи на кругу.
Очень я, наверное, устала,
если улыбнуться не могу. Вот и дом. Но смотрят незнакомо
стены за порогом дорогим.
Если сердце не узнало дома,
значит, сердце сделалось другим. Значит, в сердце зажилась тревога,
значит, сердце одолела грусть.
Милый город, подожди немного, —
я смеяться снова научусь.

можно большего добиться
не вступая в спор с судьбой
всё когда-нибудь случится
нужно просто быть собой

Согласие не требует аргументов, в отличии от отказа.

ЛЕНИНГРАДСКАЯ СИМФОНИЯ
(Светлой памяти великого композитора, Дмитрия Дмитриевича Шостаковича посвящается)

Тела везли в санях по выпавшей пороше,
Укрывшей, как вуаль, проспекты Ленинграда.
Исчезли лап следы бродячих псов и кошек —
Кто съеден не был, те попрятались куда-то.

Тела везли в санях и взрослые, и дети,
Доценты, сторожа, статисты Мариинки,
И шарфы рвал, как волк, колючий зимний ветер,
И слёзы превращал в нетающие льдинки.

И грудой стал камней старинный переулок,
… показать весь текст …

«Мужчинам не понять, каково быть женщиной…»
И женщинам не понять, каково быть мужчиной. Основа гармоничных отношений — не понимание, а принятие и уважение.

Глядя, как ты провожаешь разочарованьем,
День уходящий и хмуро встречаешь зарю,
Думаю, что не улучшу твое состоянье,
Если нарушу молчанье и заговорю.
Катится, катится жизнь колесницей фатальной,
Мы пассажиры на данном отрезке пути.
Кучер-судьба колесницею той управляет,
Кто не согласен с маршрутом, тот может сойти.
Видя, как ты постоянно уходишь в забвенье,
Ищешь спасенья в вине, я тебя не сужу,
Но думаю, что не улучшу твое настроенье,
Если свое впечатленье о жизни скажу.
Катится, катится жизнь колесницей фатальной,
Мы пассажиры на данном отрезке пути.
… показать весь текст …

Наша память выводит узоры
На стекле, на воде, на огне…
Наша память скрывает позоры,
Столкновения, слезы и ссоры,
И фанфары, фаворы, фуроры.
Если память — как ящик пандоры,
То не стоит ломать ей запоры…
Пусть лежит и молчит в тишине…

Браться за ум лучше всего усидчивой задницей!

Слабый переживает, а сильный пережевывает.

По околицам осени, падкой
На сочувствия хлябей небес,
Вечереющей рыжей повадкой
Удаляется в прошлое лес.

Как чиста
без людских червоточин
Эта долгая эра дождя…
Только жизнь моя
стала короче
не на миг, а на мир —
на тебя…

Только, я
… показать весь текст …

Как-то я побаловал жену — помыл посуду. Жене это настолько понравилось, что обязала мыть ежедневно. Мораль: жён надо баловать с умом.

ГВАРНЕРИ ДЕЛЬ ДЖЕЗУ
(Легенда)
В присущей эпохе небрежной манере
Менял век страх смерти местами с надеждой,
И, в это же время, Джузеппе Гварнери
В тюрьме делал скрипки рукою небрежной.

Последние годы прошли в заключеньи,
Куда доходили с тюремщиком вести.
Причины печальных его приключений
Остались потомкам досель неизвестны.

Тюремщик ему приносил древесину,
Чтоб мастер точил обечайки и деки:
… показать весь текст …

Не всё, что говорят к слову — надо принимать к сведению.

Ну что ж… Распни, меня, распни —
Как распинаешь неугодных,
Как распинаешь ты свободных
И вдох последний мой вдохни…
За то, что смел тебя не чтить,
Не унижать, не унижаться,
Самим собою оставаться
И все же, продолжая жить…

За то, что в рабстве у рабов
Своим стыдясь несовершенством,
Терпением, твое главенство
Сносил к достоинству оков…
За то, что в гневе не роптал,
… показать весь текст …