Рютиков Александр

Ночью ты терзала мои губы,
Добиваясь чувственных улик.
Я молчал, до боли стиснув зубы,
До крови закусывал язык.

В нетерпении тискала руками
Мое тело, черствое от мук.
То, что жило рядом с облаками,
Втоптанное в грязь угасло вдруг.

Плача от обиды, да досады,
Грязно, как сапожник во хмелю,
Что ругаться, коли мне не надо
Тела, если душу не люблю.

Когда умру я, после смерти
Прошу вас только об одном:
Почаще поливайте дети
Мой прах искрящимся вином.
И я живительный настой
Впитаю с влагой дождевою,
И проросту густой травой
Назло сухим ветрам и зною.
Я разольюсь по стеблям сочным,
Вгрызусь корнями в чернозем;
И влагой набухая ночью,
От зноя буду сохнуть днем.

Взлетает ворон с мертвеца,
Спустился волк в овраг.
Князья напрасно ждут гонца,
Засаду сделал враг.
Лежит в траве разбитый щит,
Помятый шлем у ног,
В броне нагрудника торчит
Обломанный клинок.
Промчался ветер над травой,
Взъерошив волчью шерсть.
Ушел зверинною тропой
Враг обгоняя весть.

Свивалась острая осока
Вокруг измазанных сапог.
Гнилые пни с клочками моха
В топь уходили из-под ног.

Огни болотные мерцая,
Его манили впереди,
А он все брел не понимая,
Что там конец его пути.

Из топи, чавкавшей во мраке,
Змеился клочьями туман.
В руке тускнел последний факел,
И в воздухе стоял дурман.
… показать весь текст …

Блестят хрустальные глаза
Из зыбкой жидкости бокала,
В ней растворяется слеза
О том, кого уже не стало.

Пытаясь вырваться из круга
Трепещет искорка свечи;
Все пленники здесь друг для друга,
Но в вечность нам даны ключи.

Кровавый пес разгула и страстей
Закрой глаза разнузданных желаний.
Ты преданностью, верностью своей
Принес мне столько горя и страданий,
Что в их пучине утонуть не трудно.
Презрев опасность, дружбу, совесть, страх,
Я за тобой бросаясь безрассудно,
Погряз навек в пороках и грехах.
Теперь ты смирно рядом отдыхаешь,
Ты стар, лишь иногда в тревожном сне,
Поскуливая грустно, вспоминаешь
Давно ушедшее и лижешь руку мне.

Кто прожил дни свои сгорая,
В грехах погрязши с головой,
Тот не стремится в стены рая,
Его устроит"рай" земной.

Ему приятней в желтом поле,
В лесу, у речки иль в саду,
Грешить, и наслаждаясь волей,
Тонуть в пороках, как в пруду.

Час охоты, чей-то час последний,
Над саванной дремлющей идет.
Громко рыкнув, из густых растений
Вышел на охоту махайрод.

Выгнул спину, обнажил в могучем
Реве саблевидные клыки.
Поскакали прочь, на всякий случай,
Антилопы, зебры и быки.

Лошадь, пробегая мимо, ржала;
Гибко взвилось тело из травы.
В жертву два белеющих кинжала
Погрузились ниже головы.
… показать весь текст …

Мерцали вдали и в тумане скрывались
Огни деревушки на том берегу.
Рыбацкие лодки скрипели, качались.
Вороны закаркали в дальнем логу.

Почти затонувший, по самой быстрине
Плыл плот со следами костра рыбака.
Причал переправы в мазуте и тине,
Лениво качала ночная река.

Завыла собака, жалея кого-то,
Мышата скреблись, разбредясь по избе.
Да, тьма постучала в чужие ворота,
Но постучится однажды к тебе.

Бесплотен дух, лениво тело;
Душа страдает в меру сил.
В мозгу все словно заржавело,
А мир, как кто-то подменил.

Все одинаково постыло.
Веселье — тот же скучный труд.
И даже творчество не мило,
Что мы без веры — лишь сосуд.