daniLove

Ты спокойно ломаешь интима мосты
Сексуальные жжёшь переправы.
В разногласьях мы оба не правы,
Но меня гложет ложное чувство вины,

Поедают голодные жадные псы —
Свора хищных, клыкастых сомнений…
Сутки жрущих ночных сожалений,
От меня до утра доживут лишь трусы.

Супруга сказала, что я очень толст,
Растратил в постели игривый запал,
До Пасхи держать предстоит строгий пост,
Вес сбросить и формы вернуть идеал.
Я стал посещать с тренажёрами зал,
Там мышцы в поту безуспешно качал.
Жене туже стал набивать кошелёк,
Пропал у неё самый мелкий упрёк.

Она с утра без макияжа,
Возможно, дивно хороша.
Но в дрёмах шепчет мне душа:
«Пока мадам без антуража,

Не надевай очки, мой друг,
Ласкай её, сомкнувши веки,
Всё очень тонко в человеке,
Способен жизнь прервать испуг".

Есть у нас право на ратный труд,
В документах страны закреплённое.
Его граждане любят и чтут,
Ценят власти в законы влюблённые.

Если ж ты спишь с супругой одной —
Нарушаешь главу Конституции
Секс домашний в постели с женой
Не даёт выживать проституции!

Кулькова Татьяна тащилась с работы,
Она прозябала в заштатном НИИ.
На ней были дети, с готовкой заботы,
Возня по хозяйству, халат, бигуди.

Она шла с авоськами, полными жрачки,
Печалилась: «Бремя проблем душит, блин!
Соседи имеют престижные тачки,
А я пешкодралом хожу в магазин».

В пакетах лежали сосиски и сало,
Морковка, цветная капуста и лук.
К концу полугодия Таня устала,
Мешала одышка, в ушах стоял стук.
… показать весь текст …

На собрании домкома был кастрирован Андрей.
Обесчестил он Наталью, вероломный лицедей.
Обещал подлец жениться, дал задаток три рубля,
В выходные заселился, в понедельник сгинул, тля.
Но общественность прознала, за соседку встал весь дом.
Длинноносому Андрею не бывать теперь отцом.

Девочка на колющем морозе
Поскользнулась, хрупкое дитя,
Распласталась в непотребной позе,
По-мужицки охнув в чувствах: «Бля!».

Я хотел подать малышке руку,
Безвозмездно помощь оказать,
Но прошёл, подумав, очень глупо
Матершинниц юных выручать.

Линия жизни скользит монотонно:
Школа, студенчества годы, семья.
Дети растут, дни бегут плодотворно
В круге проблем и забот бытия.

Вехи судьбы и мелки, и богаты,
То отрезвляют, то даром пленят.
В них прелесть взлётов, падений закаты,
Хищность волков и молчанье ягнят.

Я пробиваюсь сквозь лавры и тернии:
Зависть друзей, восхищенье врагов,
С пыльною скукой терзаюсь в забвении,
Ярко блистаю плеядой стихов.

На дворе закружил листопад,
Побросали деревья одежду.
Часть ответов её невпопад,
Говорит, чтоб оставил надежду.

Отступлюсь, был в упорстве не прав,
Даром сердце царапать обидой.
Проявив свой услужливый нрав,
Серебриться дождь будет завидно.

Он оплакивать станет любовь,
Что не знала ответного чувства.
Не вернётся привязанность вновь.
На душе беспросветно и пусто.

Я стал ценить простые вещи:
Без пафоса, лести слова,
Горящие тусклые свечи,
Огруглую форму стола,

Пастель, а не броскость акрила,
Ржаной с кислым привкусом хлеб,
Пахучую сладость кадила,
Свой дом, а не шумный вертеп.