Юля1

Под Мендельсона, клялись жить мы оба, до гроба.
Но жизнь идет, мы врозь, и живы, не у гроба, оба!

Порою думаешь, зачем мне это,
Читать весь бред, сошедшего с ума, но, «гениального» поэта!)))

Как много значат тормоза, для человека.
Но «тормоз-человек», беда ему!

Чувства, эмоции, разум?-
Вы что? Власть поделили мне что ли?
Тело дано вам с душой для чего?
Чтоб подчиняться лишь воли!

А наш язык, как помело.
То фрукт заморский, то метелка.
«Помелой» скажешь, и душе светло,
А пометешь, загажена светелка.

Вопросы правильные надо задавать.
Себе.

Как жаль, теряются подруги и друзья. Как жемчуг!

Виола ватт, дежа вю, родной и т. д.
Пишите письма, сочиняйте

Мы искушаемся запретною любовью, когда не любят нас.
И искушаем, тех кого мы разлюбили.

поднять самооценку «мужику» легко помогут только дуры.

Не пляшут короли под чью то дудку!
Но королева правит баллом!

Из женщины не трудно сделать дуру,
Когда она боится дать отпор!

Ты говоришь, что нет любви во мне.
Но разве я, ведя войну с тобою,
Не на твоей воюю стороне
И не сдаю оружия без боя?
Вступал ли я в союз с твоим врагом,
Люблю ли тех, кого ты ненавидишь?
И разве не виню себя кругом,
Когда меня напрасно ты обидишь?
Какой заслугой я горжусь своей,
Чтобы считать позором униженье?
Твой грех мне добродетели милей,
Мой приговор — ресниц твоих движенье.

В твоей вражде понятно мне одно:
… показать весь текст …

Нам значимость, с негибкостью ума:
«Да, я такая! Так нельзя! Вот так, и все!»
Опутывает тяжестью незримой ум и тело.

(А дальше что?
болезнь и неприятие всего, себя, и ситуаций в целом.)

Ценней всего нам Богом отведенный час!

Я принимаю все как есть!
Себя! Тебя! Его! Её! Весь мир!
Осознанно!
Все без фантазии, фанатизма!

Дыши! Последняя инстанция: «Любовь!»

Глоток водички, сердца стук, и кислорода вздох,
Вот все что нужно! Если нет, у жизни все: «Итог!»

Я гармонично жить хочу!
Гормоны, лично, все дозиров,
Себя я в форму приведу!
Адреналиносдофоминяв!

Хотелось дома быть, семьи!
Теперь вот маюсь от безделья!

Намного бы счастливее все были,
Когда сами с собой не говорили.