Думающий о плохом — приближает его. Думающий о благом — приближает его. Вера есть вера во благое.

В словах нет смысла
Когда в душе разлад
Пустые письма
Пустой холодный взгляд
По капле тая
Покинет нежность нас
Любовь слепая
Спасет! Но не сейчас.
Сейчас лишь утро
Суровей, чем судья
Диван уютный
И я… Еще твоя…

Многоликий дождь играл мне на трубе тоску.
Весь в слезах промокший город тихо вторил.
Отраженья в лужах, будто мелом по песку,
Нас с тобой… Тебя… Меня. Одна… Как больно!

Забывать легко. Все что болело — отболит.
Память мучает лишь тех, кто сыплет в рану
Соль невыплаканных и непрожитых обид
Я забуду! Я смогу! Я сильной стану!

Да… Вот только пальцы непослушные скользят
С запотевшего стекла вуаль снимая
Я в окно прозревшее с надеждой бросив взгляд
Жду тебя, родной. Люблю. И все прощаю.

Время пожирает чувства, разум порабащает душу, обстоятельства разбивают сердце… а всему виной разлука

В сказках добро, после отчаянной борьбы, повсюду побеждает зло. Что же, на то они и сказки. В реальности же чаще все заканчивается наоборот и люди с болью постепенно избавляются от привитых им в детстве при помощи сказок иллюзий.

Очень часто, в последнее время, я сравниваю свою жизнь с жизнью обыкновенного маленького паучка. Он кропотливо, ниточка за ниточкой, снует свою паутинку, надеясь, что он с ней будет жить очень долго и счастливо… Но достаточно одного взмаха руки — и та паутинка рвется на тысячи мелких частиц, оставляя паучка на некоторое время беспомощным… Он, конечно, построит себе новую паутинку через некоторое время… Но той, которая была у него раньше — уже не будет никогда…

Приобретение вещей и их потребление не может придать нашей жизни смысл… Накопление материальных вещей не может заполнить пустоту жизни тех, у кого нет уверенности и цели.

Свалялись перепутались мои волоса
И у меня, как море чёрная по-по-полоса,
В плохой физической форме, никто не кормит
И на работу меня дурака никто не оформит.
А вокруг меня люди, у них в карманах бабло,
Дайте, говорю, немного — дали в табло,
Я очухался, встал, больше спрашивать не стал
И пошёл, пошёл, сказал себе: «всё будет хорошо»

Женская месть подаётся холодной
Горьким десертом на блюде коварства.
Вечно не вовремя, тихо и подло,
С экстравагантностью китча злорадства.
В знак назидания, в блеске пассажа.
Строго по фабуле грязной интриги,
Как изощрённый плевок эпатажа,
Как эпилог недописанной книги.

Женская месть — Апокалипсис страсти,
Армагеддон безрассудной вендетты,
Апофеоз ускользающей власти
Над раболепной покорностью жертвы.
Скорбь одиночества, тяжесть обиды,
… показать весь текст …