В одном спектакле Евгений Евстигнеев играл героя, который выходил на сцену и хвастался новыми сапогами, а все вокруг восхищались обновкой.

Любитель розыгрышей Олег Табаков решил подшутить над коллегой.
Каждый спектакль он начал переставлять его сапоги в другое место и с интересом наблюдал, как партнер мечется за кулисами в поисках обуви.

В конце концов Евстигнеев начал запирать сапоги в гримёрке, но и это не остановило Табакова. Он раздобыл ключ и однажды заменил модные сапоги на обувь волшебника из детского спектакля — синие сапоги с блёстками.

И вот до выхода на сцену остаётся буквально минута. Евстигнеев заходит в гримёрку, видит эти сапоги, но … делать нечего — актёр обувается и бежит на сцену в строгом костюме и сказочных сапогах.

Актёры едва не сорвали сцену, когда увидели эту картину. А Табаков ещё и добавил: «Волшебные, волшебные сапоги, голубчик!»

Но Евстигнеев вскоре «отомстил» коллеге. Хотя по замыслу должен был снова стать жертвой розыгрыша Табакова.
В спектакле «Продолжение легенды» был эпизод, в котором умудрённый опытом большевик, роль которого исполнял Евгений Евстигнеев, пожимает руку молодому, романтичному юноше, которого играл Олег Табаков.

Однажды перед выходом на сцену Табаков набрал в руку вазелин, вышел на сцену и протянул руку Евстигнееву для рукопожатия. Евстигнеев пожал руку Табакову, а затем … изобразил нахлынувшую нежность: похлопал навазелиненной рукой Табакова по щеке, обнял его и погладил по голове.

Зрители ничего не поняли, а актёры за кулисами с трудом сдерживали истерический смех.

Я старалась стать тебе вселенной,
И женой, и другом быть одновременно…
Да вот только сил своих не рассчитала,
Не смогла пробить я стену из металла…

Не оставил для меня лазейку в душу,
И попытки были зря, да знать так нужно…
Лодку чувств своих — оставлю у причала
Где конец всему, ведь там же и начало…

Мне нужно успокоиться, забыться,
Заставить память медленно уснуть,
И, может быть, хотя б тогда решиться:
Кто я теперь? И где дальнейший путь?

У всех концов имеется начало,
У всех начал бывает свой конец,
Сейчас мне жизнь оставила так мало,
Что не пойму, живой я иль мертвец.

Поставленный судьбою на колени,
Один, как перст, не по годам седой,
Я должен снять с груди своей мишени
И встать с колен, чтоб справиться с бедой.
… показать весь текст …