Меня тянет туда, где мне было плохо.
Я знаю финал — он всегда одинаков.
Я знаю, что выйду оттуда ещё более разбитой.
Но я всё равно иду.
Когда привыкаешь жить на грани разрыва, тишина кажется подозрительной.
Спокойствие — пугающим.
А когда никто не причиняет тебе боль, начинает казаться, что тебя разлюбили.
Даже если этот «кто-то» — ты сама.
Застревание — это когда ты уже не живёшь.
Ты просто перебираешь старые раны, как чётки, надеясь, что станет легче.
Не станет.
Старые раны не лечатся новыми порезами.
Но ты продолжаешь.
Потому что остановиться — значит признать:
всё это время ты выбирала смерть маленькими порциями.
Я не хочу возвращаться.
Я хочу перестать хотеть возвращаться.
Вот в чём правда.
Душевный мазохизм — не часть личности, а привычка.
А привычки можно менять.
Эмоциональные качели — не судьба, а выбор.
А выбор можно переиграть.
Да, тянет прокрутить тот же сценарий.
Но в сотый раз он не станет хэппи-эндом.
Он станет лишь глубже вкопанной могилой.
Деградация — это медленная смерть.
Я выбираю жизнь.
Схожу с качелей.
Пусть земля уходит из-под ног.
Пусть шатко.
Пусть страшно.
Я хочу жить, не дорываясь до состояния, когда логика отключается
и остаётся один рефлекс — бежать туда, где мне снова разобьют сердце «незаслуженно».
Чётки из старых ран
© Альбина Любимая 2241
