— Здравствуйте, девушка. Мне пожалуйста билет до Калинковичей на 679 -й, на 14:27.
Миловидная девушка-кассир, в светло-голубой униформе работника железной дороги, ухоженными пальчиками запорхала по клавиатуре компьютера. Вгляделась в экран монитора. Нахмурила подведённые бровки. Взглянула на молодого человека стоящего по ту сторону окошка, и сказала:
— К сожалению, на 679-й, билетов нет.
Молодой человек после недолгого молчания глупо спросил:
— Нет? Совсем нет?
Девушка улыбнулась и покачала гол…
… показать весь текст …

Через пятнадцать минут вокзальной толкотни, суеты и беготни, Влад оказался в вагоне. Устроившись на своём месте, он достал смартфон и набрал номер Любы. Люба некоторое время не отвечала. Влад слушал гудки и смотрел в окно на серое здание вокзала. Наконец, в аппарате девичий голос произнес:
— Алло.
— Здравствуй, Любушка, — сказал Влад. Как ты? Я тебе вчера звонил, но не дозвонился, ты недоступна была.
— Ой, котик, привет, — ответила Люба. — Как хорошо что ты позвонил. Я тебе тоже дозвониться не…
… показать весь текст …

В темно красном одеянии, обильно вышитом золотом, жемчугами и драгоценными каменьями, на резном дубовом стуле с высокой спинкой, сидел человек.
Человек был далеко не молод: длинные волосы, ниспадающие на плечи и удерживаемые на лбу широким золотым обручем, имели тот цвет, что называют: «соль с перцем». Аккуратная черная борода с множеством серебряных нитей, плотно сжатые тонкие губы, прямой нос, стального цвета глаза, морщины вокруг глаз и на высоком челе.
Несмотря на свои годы, человек был креп…
… показать весь текст …

Добромир, высокий широкоплечий мужчина, с длинными, до плеч русыми волосами, и такой же русой бородой, сидел на залитом тёплым осенним солнышком дворе и правил свой двуручный меч. Рядом примостилась Любава, вышивавшая что-то на пяльцах. Мужчина и женщина изредка бросали друг на друга взгляды, перемигивались и смеялись над чем-то только им одним известным.
По двору сновала челядь, занимавшаяся своими повседневными делами. Где-то стучал молоток, вжикала пила, слышалось мычание коров, скрип колоде…
… показать весь текст …

В эту ночь ни Добромир, ни Любава не сомкнули глаз. Они были друг с другом. Они не могли ни намиловаться, ни налюбоваться друг на друга. Они говорили, говорили и говорили.
— А ты помнишь, как мы с тобой встретились? — спрашивал Добромир.
— Конечно помню, — смеясь отвечала Любава. — Ты шёл и сбил меня с ног.
— Я засмотрелся на скоморохов.
— Ага, и в итоге, целая корзина яиц, псу под хвост.
— Но ведь я извинился, и купил потом две корзины. Да ты же говорила, что и сама виновата — тоже засмотрелас…
… показать весь текст …

Громкий стук в ворота Восточной заставы раздался рано по утру.
— Княжеский гонец к Ратибору! — раздался громкий крик.
Заспанный Тысяцкий, в одном исподнем, выбежал во двор.
Узнав в гонце княжеского племянника, он понял, что весть не шуточная, и низко поклонившись, протянул руку за княжеской грамотой.
«Тысяцкому Восточной заставы, боярину Ратибору.
Моя Княжья воля: не чиня препятствия, пропустить хана Чикибея с войском, через заставу Восточную.
Князь Земли Дреговичской — Борислав».
Прочитав послание несколько раз, Ратибор, с изумлением уставился на гонца:
— Чего-то я не понимаю, Княжич. Как это?
— А тебе и понимать ничего не надо! — надменно ответил княжич. — Выполняй княжью волю!
Ратибор низко поклонился.

«Любезный брат мой, Хан бескрайних степей, Великий богатырь Чикибей.
Пишет тебе, как равный равному — брат твой названный, Князь Земли Дреговичской — Борислав. Прими, вместе с заверениями в моей вечной дружбе, дары богатые и одно предложение», — нараспев читал толмач княжескую грамоту, невысокому коренастому человеку, с узкими глазами и тоненькими усиками, спускавшимися двумя червячками с обеих сторон его рта — хану Чикибею.
Хан слушал, и после каждого слова толмача, благосклонно кивал головой…
… показать весь текст …

— Воевода, пора бы уже и на ночное становиться, — сказал Асташка. — Видишь, солнышко уже к земле клонится.
Добромир кивнул и ответил:
— Вот пройдём меж Двух Сестёр, там и место для ночлега искать будем.
Дружина Добромира стояла у заросших вековым лесом Двух Сестёр, меж которыми вилась дорога, идущая в сторону Восточной заставы.
Вперед, на быстрых конях, отправились трое дружинников — разведать: всё ли спокойно в узкой расщелине, в месте столь удобном для засады. Где на пологих склонах холмов, м…
… показать весь текст …

Любава стояла у окна светлицы и смотрела, как постепенно темнеет небо на востоке, как оно наливается густой синевой, как появляются на небесной тверди первые робкие вечерние звезды, как над кромкой леса появляется круглый лик ночного светила — Месяца. Тихий вечерний час, в этот час они с Добромиром любили вот так стоять и наблюдать, как свет уступает место тьме, и владычица ночь вступает в свои права, и до утренней зари становится полноправной хозяйкой всего сущего.
«Добромир, — подумала она, и…
… показать весь текст …

Очнулся воевода на вонючей подстилке. Он с трудом открыл глаза: голова гудела, во рту ощущался железистый привкус крови, связанные за спиной руки онемели, страшная боль растекалась по ногам. Скосив глаза, Добромир увидел, что ноги его были в засохшей крови и колени вывернуты под неестественным углом.
Рядом раздалось хехеканье. Добромир поднял глаза. Напротив него, на корточках, сидел широколицый, узкоглазый человек.
— Чикибей? — хрипло сказал Добромир.
- Я, воевода. Я, — улыбаясь ответил Чикиб…
… показать весь текст …