Юрий Татаркин

Счастье — это когда ты точно не знаешь, чего именно ты хочешь, но чувствуешь, что это у тебя уже есть.

Глубину отчаяния нетрудно измерить. Достаточно бросить в него небольшую надежду и считать, пока она на дно ни грохнется.

Погода сегодня не радует. И то сказать: погода и не нанималась людей радовать. Для этого цирк есть.

Забот полон рот — не выплюнуть и не проглотить.

От любви до ненависти лучше делать не один шаг, а шажочков этак семь-восемь. Их должно хватить, чтобы можно было передумать по дороге.

Самая удобная форма одобрения собеседника — это регулярные кивки головой. То ли ты полностью согласен, то ли киваешь в знак того, что внимательно слушаешь, но ничего не понимаешь.

Объявление. Меняю последнюю надежду на две предпоследние.

Надеяться на чудо желательно в свободное от прагматизма время.

Если на тебя нахлынули воспоминания, то это значит, что плoтину памяти где-то прорвало.

Есть только один реальный способ резко поумнеть — путём изменения самооценки.

Так себе из меня кузнец своего счастья. Через раз по пальцам попадаю.

Однажды мне удалось отыскать пятый угол. Ну что сказать? Угол, как угол, — пыль и паутина. Люди-то в него редко захаживают.

Нашёл однажды справедливость. Но та чужой оказалось. А ведь если справедливость не твоя, то это уже несправедливость.

Остерегайся осторожных. Те любят других на авантюры подбивать.

Заблудился — это когда просто гуляешь, но неизвестно где.

Чистая правда быстро пачкается. Поэтому лучше заворачивать её в пару слоёв лжи, которую загрязнить не жалко.

Хорошего должно быть не только понемножку, но и частенько.

Удача предпочитает дерзких. Но непруха тоже к таким неровно дышит и частенько подоспевает первой.

Если хорошенько всё обдумать, то делать уже ничего не хочется.