Я-Лилит

Влюблённый мужчина всегда нерешителен, влюблённая женщина всегда дерзновенна. И тому и другому нужна смелость, «вовсе не для того, чтобы сказать правду, а для того, чтобы уйти».

Мрачная, чёрная, оскалом сверкая… словами разя как кинжалами, резкая… грубая, со всеми чужая… твоя, для тебя одного я… своя, я нежнейшая.

Быть женщиной это не значит быть слабой, это значит иметь стержень внутри, обладать умением создавать атмосферу внутри себя в большей степени, нежели снаружи.

Как есть тонкая грань между удовольствием и болью, так есть невидимая нить между полигамным этносом и моногамной культурой. Чем больше одно слабее, тем меньше другое сильнее.

Если наказания без вины не бывает, то получается, что преднамеренное наказание влечёт за собой преступление.

Любовь, как и жизнь, приходит к нам, не спрашивая нашего желания. Мы вдруг оказываемся в ней… Непонятно, за что… Необъяснимо, почему… именно МЫ…
В любви, как и в жизни, бесполезно искать смысл. Его нет. Мы восторженно возбуждаемы первыми открытиями… касаниями… звуками… а потом всё заканчивается, иногда больно…
Любовь, как и жизнь, приходит один раз. Перетрахать можно. Нельзя пережить или перелюбить.
Нужно закончить эту цитату каким-то оптимистично настроенным заключением? А его нет! Я не знаю, каким будет конец… и сказать по правде, я не хочу, чтобы он был.

Любому закройщику чувств известно, что чем теснее запрет, тем сильнее хочется высвободиться.

Любой текст и не важно, за какие ниточки он тянет, должен быть как колючий свитер на голое тело.

Не каждый, кто окончил ВУЗ — тот образован; не каждый, кто прочитал книгу — тот начитан. Образование давно приобрело префикс «само».

(карт. итальянского художника-фигуратиста, Джанни Стрино)

«Деньги не главное» — сказала полная дама, заполняя график на выходные.
«Деньги не главное» — сказал дворник, обходя заледеневшие участки во дворе.
«Деньги не главное» — сказал хирург, с хирургической точностью урезав сумму.
«Деньги не главное» — сказал пекарь, допекая несколько румяных булочек.
«Деньги не главное» — сказал мальчонка и возвратил свою покупку на полку, высыпав на прилавок последние монетки из кармана. «Спасибо», — смахнув обидную слезу, улыбнулась рыжая девчонка, рассупонила купленную шоколадку и протянула ему половинку.

«Забавный случай в офисе… (шортстори)»

У меня в офисе случаются иногда забавные ситуации. И надо сказать, что не всегда источник курьёзных происшествий это я. На моём рабочем столе компьютера вечно много папок: так удобно, и я так привык.

И не я один… Иногда я удаленно даю распоряжения и девочки находят то, что мне нужно, если я не на месте.

Как правило, сложностей не возникало. Но не сегодня… А впрочем начну сначала: ко мне зашла наша молоденькая секретарша Катенька и я показывал ей, где и…
… показать весь текст …

Фразу «любить до потери…» можно воспринимать по-разному.

Всё, что познаётся в согласии через сравнение и приводить должно к обоюдному удовольствию.

Доверие — это не когда я позволяю тебе максимальное обнажение слов, а когда я позволяю себе максимальное движение без слов… повернувшись к тебе спиной.

Поистине, самое страшное, когда ты зло в душЕ, ибо: зло порождает ещё большее зло.

Это стараться не обижаться, а делать выводы из сложившихся ситуаций.
Это закрывать страницы своей жизни, без оглядки назад, как закрываешь неинтересную книгу.
Это уходить из тех мест, в которых находиться… не в кайф, как на скучном сеансе в кино.
Это держать своё мнение при себе, и не слушать мнения тех, до кого тебе нет никакого дела.
Это помогать не тогда, когда тебя просят, а когда видишь, что близкий нуждается в тебе, как в глотке воды.
Это не бояться быть непонятой… смешной… слабой… раско…
… показать весь текст …

Как Женщине хватает ума, чтобы казаться легкомысленной, так и Мужчине хватает дерзости, чтобы казаться робким.

Запрещая кому-то что-то, мы будто бы застреваем в трясине неуверенности: «я боюсь, что у меня это отберут»… обрекаем себя на зависимость от внутреннего дрожания… позволяя этому «что-то» нами управлять…, ставим на себе клеймо аддикции — подчиняясь власти над собой.

Как известно, всё сводится к выбору — отказаться от удовольствия и получить бОльшее удовлетворение, или согласиться со страданием и избежать бОльшее мучение, так говорил Цицерон. На самом деле всё сводится к тому, что мудрец ошибался. Человек не должен страдать ради страдания, однако, зачастую именно труд и боль приносят огромное удовольствие.

Любому писателю, да и вообще человеку творческому, знакомо чувство, лежащее ровно посредине между завистью и уважением. И чувство это сильное.