Василий Дмитриевич Фёдоров

Словами строгими, Как в гимне, Не помышляя о тепле, Я говорю: Пути легки мне, Пока ты, МАМА, ходишь по земле…

В мужчине после СОРОКА — в ШЕСТНАДЦАТЬ лет своих я видел СТАРИКА. Чем дольше я живу на свете и чем БЕЛЕЙ мои виски, тем для меня становятся МОЛОЖЕ все СТАРИКИ.

А я когда-то думал,
Что седые
Не любят,
Не тоскуют,
Не грустят.
Я думал, что седые,
Как святые,
На женщин
И на девушек глядят.
Что кровь седых,
Гудевшая разбойно,
Как речка,
Напоившая луга,
Уже течет
… показать весь текст …

Не бойтесь гневных,
Бойтесь добреньких;
Не бойтесь скорбных,
Бойтесь скорбненьких.

Несчастненькие
Им под стать.
Всегда с глазами смутно-красными,
Чтоб никому не помогать,
Они прикинутся несчастными.

Заметив
Слезный блеск в зрачках,
Не доверяйте им Ни чуточку…
… показать весь текст …

Твердишь ты, что расстаться нам пора,
Что ты в своих надеждах обманулась,
Что вся моя любовь к тебе — игра.
Не слишком ли,
Не слишком ли игра подзатянулась?

Милая моя, скрытная
Кто тебе дал из грешности,
Эти глаза магнитные
И руки, нежнее нежности

Если из них, любимая,
Будет петля устроена,
Сделай же так, чтоб жизнь моя
… показать весь текст …

Где-то ходим,
Чем-то сердце студим,
Ищем сказку не в своей судьбе.
Лет с двенадцати пошел по людям
И в конце концов
Пришел к себе.

И всего на свете интересней
Стало то,
Что было от сохи…
Здравствуйте, покинутые песни!
Здравствуйте, забытые стихи!

-Не изменяй!-
Ты говоришь, любя.
-О, не волнуйся,
Я не изменяю.
Но, дорогая…
Как же я узнаю,
Что в мире нет прекраснее тебя?

Еще недавно нам вдвоем
Так хорошо и складно пелось,
Но вот гляжу в лицо твое
И думаю:
Куда все делось?

Но память прошлое хранит,
Душа моя к тебе стремится…
Так, вздрогнув,
Все еще летит
Убитая в полете птица.

Он говорит
И страстно и глубоко,
Но странно видеть
Сытого пророка.

СЛЕПОЙ
Людей не видя пред собой,
Не замечая в сквере лавочки,
По улице идет слепой,
Потрагивая землю палочкой.
Его толкнут, пройдут вперед,
И тотчас, торопясь вмешаться,
Какой-то зрячий призовет
Быть чуткими и не толкаться.
Но слышу голос я его,
Негромкий в человечьем гуде:
— Толкайтесь… Это ничего…
Я буду знать, что рядом люди.