Валентина Захарова

Пусть криво-косо, но своё, отныне и во веки веков.

Ещё неизвестно что хуже, когда тебе кто-то выносит мозг,
или ты его кантуешь себе сам.

Какая яркая и нарядная ярмарка. Импровизированная гримёрка. Настоящий стилист-визажист помогает девочкам в подборе макияжа и всю детвору учит наряжать лицо в улыбку.
С новым образом дети важно ходят между рядами, красиво предлагая свой товар и взаимно восхищаются товарами и умением их обрисовать другими продавцами.
Покупатель становится владельцем товара, если он произнес восхищение как можно искренне.
Тот, кто хотел услышать и увидеть, как дети это делали, увидел и услышал.
Радует, что нынешние ребятишки более раскрепощены: они быстро и взаимно идут на контакт. Рисуют красивые словесные портреты. Искренне и без комплексов произносят комплименты.
Можно надеяться, что и в повседневной жизни, умение восхищаться надёжно войдёт в общение подростков.

Внучка хорошо отработала на ярмарке: продала и приобрела подарки всем, а это что-то значит.
Секрет: главный денежный эвивалент её оказалась улыбка.

На сенокосе было дело.
Коса на камень налетела.
И оказалась сталь сильна.
Раскалила камень докрасна.

Коса о камень, звон вокруг.
Камень крепок и не вдруг.
Убрать сей монолит с пути.
Сыграла мудрость — обойти.

Слегка под глыбой окосила.
Хоть поступиться трудно было.
Коса забыла предмет спора.
Лишь отойдя от мест раздора.

Профессия — это либо деньги, либо любовь. Два в одном случается не часто.

Мы и правда всё девчонки.
И каблучки под силу нам.
Губки, шляпка — да о чём вы.
Вот так стать, ну, как Мадам?
Ещё любой покажем фору.
И пусть попробуют догонят.
Да, мы красавицы — без спору.
И годы радость не заслонят.

Обижаться на жизнь, всё равно, что матери в лицо плевать.

Случается, что наша жизнь сама себя устраивает уже изначально,
а мы вторгаясь в её планы, пытаемся что-то изменить.
Печально, но бесполезно бороться с очевидным.

У немилости, как и у кровожадности булимия —
они постоянно кого-то, или что-то «жрут».