Валентина Захарова

Вот подали на блюде лесть,
Она прокисла, как тут есть,
Принять — заведомо травиться,
И как в ответ не восхититься,
А подающий лесть хитёр,
Кондитер он публичных ссор,
С вами, как с огнём, сыграет,
А свита сзади свару чает.

Принять презент, иль отказать,
Уж сам себе позволь решать,
Лишь свету ты даёшь отмашку,
Ты чистовик, иль промокашка.

Любой человек хоть однажды в жизни был в ярости.
Только один искры мечет наружу,
другой сгорает изнутри.

Немножечко на ложечке
Ну капельку, иль две.
Плакун-травы, по-божески
Есть сила в колдовстве.

Уже невмочь и день и ночь.
Свеча любви горит.
Воск плавится. не нравится.
А милый будто спит.

Зелье, Ведьмы зельице.
Чудо-мне поможет.
Вижу любовь в зеркальце.
Только совесть гложет.
… показать весь текст …

От пренебрегающего вами человека
уходите по-английски.

В пустоту кричать — зря лишь голос напрягать.

«Всему своё время» — не перепутать бы.

Она шла по белому серебру осени. Босые ноги по колено утопали в воде.
Волосы и платье были мокры. Их слезы с дождем стали общими:
дождь плакал по ушедшему лету, она по украденной любви —
два несчастья.
И только листик, что кружил в танце, обещал нежность.

Лучший способ погасить конфликт «ни задний ход», ни «лобовая».
Это позиция «Стоп кран».

Плакала кошка, молила глазами.
Люди, мне больно, видите сами.
Вопросом немым помочь призывала.
Только погладить себя не давала.

Скорая, доктор, послушал — сказал.
Старая барышня, держитесь — финал.
К вечеру как-то притихла немного.
В клубочек свернулась возле порога.

Три дня и три ночи молча лежала.
А на четвертый ей вдруг полегчало.
Встала. умылась, из плошки поела.
Слегка облизнулась — жизнь закипела.
… показать весь текст …

Чужой горб не самый надежный транспорт.