Сергей Дунев

Воображения вольная птица,
В клетке тебе не пристало ютиться.
В клетке уютно, тепло и не дует,
Но рай за решёткой не существует.

Смерть — не предел, а только лишь порог,
За коим жизнь иная наступает.
Какая? Где? — того никто не знает.
А где конец — не знает даже Бог.

Крест — дан,
И — хошь не хошь — неси.
А бросить — Боже упаси!

Жизнь — не прогулка, а работа.
Работа до седьмого пота.
Борение и спор с судьбой.
Спор и борение с собой.
Любовь и бой. Боль и любовь.
Цветы и кровь, но больше — кровь.
И снова — труд, извечный труд.
Всё это жизнью и зовут.

Каждый день, каждый час, каждый миг — это дар.
Безвозмездный кредит доброты и доверия.
На любовь лишь настроен сердечный радар, —
Он отыщет её средь вражды и неверия.

Неважно — богато живёшь иль убого
Во временном этом дому,
Главное — что' ты просишь у Бога
И чтo' возвращаешь Ему.

Всё туже памяти кольцо,
Но, если пристально вглядеться,
Не сыщешь ссадин и рубцов —
Лишь след от радости на сердце.

Тела стареют, души юны,
У них всегда одни кануны.
У них, в отличие от тел,
Иной — бессмертие — удел.

Есть срок для слова, срок для тишины.
И мы их различать приглашены.
За невпопад промолвленное слово
Карают небеса вдвойне сурово.

Это только в сказках есть подсказка —
Камень с надписью, куда идти.
В гуще жизни, как в трясине вязкой,
Чаще гинем, не сыскав пути.

Удобнее всего — ведомым быть,
След в след идти за кем-то через кущи.
Но, чтоб потом никто не смел корить,
Осмелься сам хоть раз побыть ведущим.

Не кланяйся,
Не поклоняйся,
Не преклоняйся.
ПОМНИ:
человек
изнашивается
на сгибе.

Под Богом и с Его участьем,
Без дублей и без всяких проб,
Живём, чтоб захлебнуться счастьем
И чтоб творить потом взахлёб.

Ушёл в себя — и заблудился…

Славословится
Май соловьями.
Любовью славится.

Когда-то был водопровод
В диковинку для люда,
Теперь источник чистых вод
Мы чтим превыше чуда.

Какой прекрасный мир!
Как связь с ним оборвать?
Не страшно уходить,
А страшно — оставлять.

Пройдя сквозь немоты глушизны,
Как стебель тонкий сквозь гранит,
Мы радостно поём о жизни,
Хоть каждый ею гнут и бит.

Сладка как ложь, коварна как вино.
Не всем по силам власть её хмельная,
И потому не каждому дано
Пить и пьянеть, рассудка не теряя.

Не стройною колонною — вразброд —
Любой идёт по собственной дороге.
У каждого и топь своя, и брод,
И камень свой — споткнулся чтоб — под ноги.