Сергей Жигунов

Во мне все настроено на рабочий лад.

Я переживаю не когда кто-то пишет, я переживаю, когда все на протяжении нескольких лет пишут совсем не то, что происходит на самом деле.

—Она и Настя, которая находилась на грани. В этой истории нужны были такого рода актёрского проявления, иначе бы всё село и скатилось в скукатень. Любовь Григорьевна была не простая женщина. Это никак не проявлялось, но было видно. Я всегда ощущал, что есть определённая черта, за которую не надо заходить. Она не устраивала скандалов и ничего такого: не было сумашедших райдеров; она приходила вовремя на работу. Она очень много работала, насколько я понимаю у неё всё время были какие-то проблемы в «Няне», и она много играла в театральных спектаклях. Я думаю, что она заробатывала деньги для чего-то. Я не знаю для чего, но она не очень хотела этого делать, но делала.

Это была непростая история. Нужно быть осторожнее в таких ситуациях. С другой стороны, люди могут быть счастливы вместе, а они не свободны. Я не знал, как правильнее: быть счастливым или быть несчастливым, но порядочным, ничего не разрушать. Что честнее? Но всё заканчивается, и хорошо, что всё закончилось именно так.

У меня есть опасение, что если мы в ближайшее время не перестанем снимать «Ментов», «Бригаду», несмотря на ее высокие рейтинги, то может возникнуть и усталость зрителя к национальному телевизионному кино. У нас всегда все с перебором. Такой народ, такая страна.

Когда я попадаю за окружную дорогу, вижу, как живут люди, я начинаю задавать себе вопрос: как случилось, что я живу по-другому.

Актер не хочет нравиться. Хороший актер хочет добиться результата, ради которого он пошёл играть роль. Если он играет отрицательную роль, он должен не нравиться, чем сильнее, тем лучше. Актеры, которые играют отрицательных персонажей, так и делают. Актер должен производить эмоциональное впечатление. Чем ярче он производит впечатление, тем лучше артист.

Отношение к стране, в которой мы жили, не может быть 100% отрицательным.

На съёмках «Гардемаринов» у меня была серьёзная травма глаза. С тех пор у меня правый глаз почти ничего не видит. Врачи говорили, что из-за травмы появится косоглазие. И я начал искать другую работу в кино. Я понимал, что режиссёром быть не смогу, так как очень молод и не знаю жизни. Зато смогу быть продюсером. Я прыгнул в воду с берега и поплыл. До сих пор не понимаю, как выплыл.

Сложно экранизировать произведения, которые написаны давно.