Ей нравилась пёстрая уличная лента из людей, зонтов и машин. В ней отзывалось атмосферное течение дождливой реки. Вот она мечта — быть в эпицентре питерского шторма. Ей нравились экспромты уличных музыкантов с немыслимым смешением стилей: вот он концерт Виктора Цоя, а на Лиговке уже слышен вальс Шопена. Ей нравились искры, летящие с трамвайных проводов, они словно чертята с булгаковских страниц неожиданно выскакивали и растворялись в неизвестном направлении. Симфония автомобильных гудков, мчавши…
Счастливая примета
Мы сами себе счастливые приметы.