Наташа Воронцова

Лето, словно в бреду —
Отрекалась, и тенью
На морском берегу
Я училась смиренью,
Горечь душу рвала,
Я в бессилье сгибалась,
Утешала волна,
Или мне так казалось.
И встречая рассвет,
Одурманенный болью,
Я лечилась от бед
Моря Чёрного солью.

— Мне кажется, у меня температура. Муж трогает лоб:
— Нет, ты холодная.
— Я чувствую, есть температура!
— Ну хорошо, есть так есть.
Редкое взаимопонимание, редкое)))

Жарко, жарко целовал,
Приносил цветочки,
Затащил на сеновал,
Обесчестил. Точка.
Поматросил и забыл,
Чтоб тебе икалось,
Белый свет теперь не мил,
Вот тебе и шалость.
У знахарки украду
Корешок заветный,
Будешь жить ты, как в аду,
Немощный, бездетный.
Отомщу тебе, подлец,
Ласковый чертяка,
… показать весь текст …

Беспощадна ты, дорогая,
а усмешка, петля тугая, мне бежать бы, да не могу, стерегу тебя, стерегу.
Ты морозами околдована, в стылой крепости замурована, я развёл у ворот костёр, видишь, детка, и я хитёр.
Пламя жаркое подступается, и капель в душе зарождается,
и на донышке пустоты прорастают любви цветы.
Зря противишься, драгоценная, подберусь к тебе непременно я, время, милая, цвесть садам, я зиме тебя не отдам.

Постоянное брюзжание — признак приближающейся старости.

Мужчины удивительно наивны, и чёрная вдова им мнится мотыльком…

И многое, конечно же, забудется,
Но в памяти останется рассвет,
Безмолвная улыбка сонной улицы,
Минута, когда боли больше нет.
И моря гладь, затишье небывалое,
Прохлада отсыревшего песка,
И неба торжество — победно алое,
И миг, когда немыслима тоска.

Далёкий мой, Вы истинно близки,
И вовсе не случайны, я не скрою.
Я не умру, поверьте, от тоски,
Но все-таки, мне кажется, я стою
Хоть капельки заветного тепла,
Забвение — не лучшая затея.
Простите мне за то, что я была.
Удерживать, отныне, Вас не смею.